Выслушав мнение и советы командиров, командующий армией приказал:
— Силами Пятьсот четырнадцатого полка, командир подполковник Устинов, и местного стрелкового полка, командир подполковник Баранов, в ночь на двадцатое ноября провести атаку и овладеть высотой 440,8, Чтобы существенно улучшить положение обороняющихся в первом секторе. Проведение этой операции возлагаю на вас, полковник Л аскин. А коменданту первого сектора полковнику Новикову очистить от противника высоту 212,1 и осуществить захват высоты 386,6.
Постоянно заботясь о внезапности, избегая шаблонов, учитывая, что атаковать нужно превосходящего противника, Петров приказал провести эту атаку ночью. Конечно же ночь усложняла и сам бой, и руководство им, и осуществление поставленных целей. И все же командующий оказался прав. 514-й полк подполковника Устинова внезапным ударом ночью в ближнем бою уничтожил свыше двух рот гитлеровцев и овладел высотой 440,8 и окопами в восточной части Камар. Части первого сектора овладели высотой 212,1. Неудачно действовал только полк Баранова. Рано утром генерал Петров прибыл на наблюдательный пункт и не стал ругать ни подполковника Баранова, ни полковника Ласкина, а, как бы приняв часть вины на себя, сказал Ласкину:
— Мы слишком поздно передали полк Баранова в ваше распоряжение. Вы не успели, видимо, отработать все необходимые вопросы. Но ничего. Зато Устинов молодец, очень удачно действовал.
Командарм сказал, что противник понес на этом участке значительные потери и это надо использовать. Надо переходить в новое наступление и продолжать теснить врага. Вечером 20 ноября подполковник Устинов доложил, что противник начал окапываться на занимаемом рубеже; это подтверждает, что он понес большие потери и, наверное, завтра не собирается наступать. Генерал Петров приказал немедленно, не ожидая рассвета, переходить в атаку.
Командующий оказался прав — контратака принесла успех, фашисты были застигнуты врасплох. Они не ожидали, что после таких тяжелых боев, которые проходили днем, советские части рискнут перейти в наступление, и опять-таки ночью. Полк Устинова освободил Камары и захватил много пленных.
21 ноября противник, подтянув свежие подразделения, перешел все же в наступление на Камары. Гитлеровцам удалось захватить высоту и вклиниться в оборону 514-го полка. Но подполковник Устинов, не раз убеждавшийся в успешности контратак, на которые его постоянно нацеливал командарм, и в этот раз поднял остатки полка навстречу врагу.
В этот момент Устинов был ранен, но контратака все-таки достигла своей цели: деревня Камары была взята (командовать полком стал комиссар Караев).
Захваченный в этих боях немецкий ефрейтор показал:
Из этих показаний пленного можно увидеть, как хорошо чувствовал пульс боя генерал Петров, как он улавливал нужный момент для контратаки — именно в минуты наибольшей слабости противника. Этот опыт, это умение Петрова чувствовать ритм и накал боя помогали, как видим, частям не только удерживать занимаемые позиции, но и постоянно улучшать их.
Тактика, выбранная Манщтейном в этом наступлении, заключалась в следующем: атаковать наши войска с нескольких различных направлений и тем самым распылить наши силы, не дать им сконцентрироваться на одном участке фронта.
Как мы могли убедиться из описания боев, генерал Петров разгадал эту тактику Манштейна. Благодаря быстрой и точной реакции на все перипетии боя он нашел возможность не только останавливать вклинивающиеся на различных участках части гитлеровцев, но даже и контратаковать их. Этими активными действиями Петров сумел остановить продвижение противника, нанести ему ощутимые потери и в конечном счете вынудить на данном этапе отказаться от наступления.
В общем, к концу ноября севастопольцы добились того, что наступательный порыв гитлеровцев иссяк. Их потери были так велики, что требовалась пауза для их возмещения и пополнения боеприпасами. Наступило относительное затишье, если можно так назвать боевую жизнь фронта с ее повседневными бомбежками, артобстрелами, перестрелками и схватками на отдельных участках, постоянной охотой снайперов и ночной охотой разведчиков.
Пытаясь оправдать безуспешность действий своих войск, Манштейн ссылается и на такие причины:
