Это были две самые организованные роты. Во главе их Ковтюх бросился на станицу и достиг околицы. В наступившей темноте стали подтягиваться и другие части отряда. Утром провели решительный штурм и заняли станицу. Около 100 мятежников было убито и ранено, 1 100 сдалось, выдав офицеров. Потери отряда составили около 40 человек.
После боя Ковтюха выбрали помощником командира по строевой части.
— Доверие ценю, но соглашусь, если наведем порядок, — сказал Епифан Иович. — Пусть будет правильная организация, настоящий воинский вид, военная дисциплина.
Здесь же отряд переименовали в 1-й Северо-Кубанский полк, который разделили на батальоны и роты. Но до настоящей дисциплины было еще очень и очень далеко. Многим казалось, что она пережиток царского времени. Убедить заблуждающихся могла только сама жизнь.
В начале мая положение на Кубани ухудшилось. Продолжая нагло нарушать условия Брестского мира, немцы перебросили из Керчи на Таманский полуостров 58-й Берлинский полк, заняли ряд станиц и подошли к Темрюку. Снова начались контрреволюционные мятежи.
Вместе с другими частями полк выступил против нового противника. Решительный бой произошел 14 мая у станицы Таманской, немцы и белоказаки были прижаты к морю и начали эвакуацию в Керчь. Но в этот момент среди красноармейцев разнесся нелепый, панический слух о возможном окружении. Бойцы смешались, побежали с криками: «Завели нас, продали!» Противник же, видя перемену обстановки, оправился и даже захватил северную окраину города Темрюка. Белоказаки предъявили ультиматум: выдать большевиков и сдать город к утру.
Но ночью к Темрюку подошли форсированным маршем северокубанцы. Когда рассвело, Ковтюх с холма осмотрел вражеские позиции. Белые засели в глубоких окопах, прикрытых рекой.
Мечтательно подумал Ковтюх: «Эх, хотя бы пару трехдюймовых сюда!»
И тут же вспомнил: в темрюкском отряде была батарея из четырех орудий. Так как Рогачев по-прежнему был в основном агитатором, а всей военной стороной дела руководил один Ковтюх, Епифан Иович поспешил прямо к командующему Таманским фронтом, расположившемуся в восточной части города. Командующий, видимо, чувствовал себя не очень уверенно: во время ночного боя не подавал никаких признаков существования. Батарея оказалась именно у него. После настойчивых просьб Ковтюх батарею получил, указал ей цель. Через десять минут из всех четырех орудий по окопам белых был открыт огонь, под прикрытием которого бойцы переправились через реку и успешной атакой отогнали врага.
Вскоре полк был отведен на отдых в станицу Славянскую. Рогачев уехал, а Ковтюх с помощью командиров Костенко и Зимина и военного комиссара Таманского отдела Решетняка энергично принялся за наведение порядка. Епифак Иович провел точный учет личного состава и некоторое перераспределение бойцов по подразделениям, слабых и неопытных в военном деле командиров сменил. Для всех двенадцати рот удалось получить походные кухни и обоз — это имело большое значение, потому что раньше в полку не было никакого хозяйства и бойцы питались продуктами, либо полученными у местных жителей, либо присланными из дому. На совещаниях комсостава и в беседах с бойцами Ковтюх призывал покончить с расхлябанностью, с бесконечным митингованием.
19 июля полк по срочному вызову чрезвычайного военного комиссариата Кубанской области вступил в Екатеринодар. Белые находились всего в 18 верстах от города, а в нем собрались никому не подчинявшиеся остатки различных разбитых частей. Тогда армейский комитет Северного Кавказа во главе с Иваном Ильичом Подвойским созвал съезд командиров и представителей всех частей и поставил вопрос прямо: будет ли город защищаться, а если будет, то не следует ли объединиться под одним командованием? 20 июля съезд решил: защищаться и объединяться. Командующим фронтом был выбран Ковтюх.
В тот же день новый комфронта издал приказ всем частям выступить из города на позиции. Хотя на съезде представители всех частей обещали «лечь костьми, но белым города не отдать», приказ выполнили только 1-й Северо-Кубанский, 1-й Екатеринодарский и конный полки. Через несколько дней Ковтюх добился выступления еще нескольких частей. Тогда он отдал приказ о наступлении, которое началось на рассвете 26 июля в районе станиц Раздольной, Платнировской и Кирпильской.
Бой шел целый день с переменным успехом. К вечеру Ковтюху удалось сосредоточить на главном участке, у Платнировской, артиллерию, которая вместе с бронепоездом открыла огонь. Несмотря на орудийный обстрел, бойцы поднялись и с криком «ура» бросились вперед. В результате белые были сбиты с позиций и с большими потерями отброшены на 100 с лишним километров.
