– Перед Великой Отечественной он, безусловно, относился к тем нашим военачальникам, которые в наибольшей степени были готовы к схватке с фашистским вермахтом. Имеет значение уже то, что в 1931 году по программе сотрудничества РККА и рейхсвера ему довелось обучаться в Германии, где освоил многое из тактики действий немецких войск. Врага важно хорошо знать, и Мерецков к этому стремился. А его практический боевой опыт включал не только нашу Гражданскую войну, но и борьбу с фашистами в Испании, где он был военным советником, а затем и войну с Финляндией.
– Да. За прорыв линии Маннергейма. Вообще стоит отметить, что этот период его деятельности – «финляндский» – во многом определил, где придется ему командовать во время Великой Отечественной.
– Конечно. Не случайно же с началом войны он был направлен как представитель Главного командования именно сюда. Здесь стал и командующим армиями, потом фронтами. Имел дело и с теми же финнами, причем все это тоже в труднейших природных условиях.
– Войска под руководством К.А. Мерецкова успешно действовали и в лесисто-болотистой, и в горно-тундровой местности. При прорыве сильно укрепленных врагом оборонительных рубежей и осуществлении необходимого маневра в наступательных операциях советский полководец умело взламывал оборону противника, обрушивал на него мощь огня артиллерии и силу ударов авиации. Он проявил себя мастером взаимодействия двух и более фронтов, а также взаимодействия с флотами и военными флотилиями.
Как правило, верно определял возможные действия врага, внимательно отслеживал его замыслы и делал необходимые выводы для последующих операций. Приведу уже послевоенный отзыв о нем Маршала Советского Союза А.М. Василевского, который подчеркивал, что принимаемые Мерецковым решения «отличались продуманностью, серьезностью и полным соответствием требованиям сложившейся к тому времени фронтовой обстановки. Готовясь к той или иной операции или решая вопросы использования войск в бою, он, опираясь на свои обширные военные знания и огромный практический опыт, всегда внимательно прислушивался к разумному голосу своих подчиненных и охотно использовал мудрый опыт коллектива».
Воевавший на Волховском фронте лейтенант Дмитрий Тимофеевич Язов, впоследствии Маршал Советского Союза, рассказывает, что впервые увидел генерала армии Кирилла Афанасьевича Мерецкова в августе 1942 года, когда командующий Волховским фронтом прибыл в 177-ю стрелковую дивизию и разъяснял задачу Синявинской операции по срыву очередной попытки гитлеровцев штурмовать Ленинград. Он предложил верный способ, как заставить противника повернуть вспять. Его слово учило воевать и бить врагов наверняка. Бойцы и командиры любили своего командующего за отвагу и твердость при проведении операций, за прямоту и простоту в обращении, за постоянную заботу о них.
