Советские историки утверждали, что наступление под Москвой положило начало разгрому фашистской Германии. Но все далеко не так однозначно. Разберемся в том, что же было на самом деле в декабре 1941 года под Москвой.
Почувствовав, что немецкие войска выдыхаются, что октябрьская распутица, а затем ноябрьский мороз сильно уравняли шансы, и потому Москвы немцам уже не взять, Сталин приказал организовать два контрудара в районе Волоколамска. Военачальники понимали, что их войска к контрударам не готовы: люди измотаны, сил осталось только сдержать натиск, но… приказ был выполнен! Однако чего это нам стоило! Вот что случилось, например, с 58-й танковой дивизией 16-й армии под командованием Рокоссовского: потеряно 157 танков из 198 и 1 731 человек из 5612.
Еще один факт: во время наступления под Москвой на одну нашу пушку приходилось всего по 1–2 снаряда в сутки. Конечно, ни о какой артподготовке наступления, которая могла бы существенно снизить людские потери, не могло идти и речи.
Можно было бы, конечно, остановить немцев намного дальше от Москвы, если бы Сталин не был, по выражению Г.К. Жукова, «постоянным сторонником наступательных действий» и если бы командующие фронтами, поощряемые Верховным главнокомандующим, безо всякого чувства меры не вели в сентябре частые наступательные операции.
Историками подсчитано, что за жизнь одного немецкого солдата наши стратеги отдавали под Москвой четыре солдатских жизни, компенсируя кровью (не своей, а солдатской) изъян своего «полководческого гения». До сих пор еще не известно точно, сколько же наших солдат погибло под Москвой. Одни историки называют цифру 2 миллиона, другие же считают ее заниженной.
Немцы потеряли около 600 тысяч солдат и офицеров.
Мнение о том, что жена Пушкина — Наталья Гончарова — была не слишком умна, распространилось довольно давно. К созданию мифа о глупости Натали «приложили руку» многие известные писатели и поэты. Но надо сказать, что, скорее всего, делали они это не преднамеренно, а из-за недостаточной информированности.
Директор Пушкинского дома член-корреспондент Академии наук Николай Скатов отмечает: «Если бы Марина Цветаева, Викентий Вересаев или Анна Ахматова знали в свое время хоть часть из того, что стало известно о жене Пушкина нам, то не появились бы из-под их пера уничижительные строки об этой незаурядной женщине».
То, что супруга Пушкина была далеко не глупа, подтверждает и недавняя находка пушкинистки Ларисы Черкашиной. Ей удалось обнаружить в архивах стопу тетрадок Наташи Гончаровой, среди которых были ее сочинения по русской и античной истории, рефераты по синтаксису, географии, мифологии… По мнению специалистов, все они принадлежат перу личности незаурядной. В качестве примера того, какой уровень был у этих сочинений, приведем небольшую басню, сочиненную Наташей на французском языке и записанную в одной из этих тетрадок. Перевод этой басни, впервые напечатанный не так давно в «Комсомольской правде», был сделан Владимиром Костровым.
Суровый славянин, я слез не проливал,
Но понимаю их…
Знакомая всем картина: ребенок упал, ободрал коленку — и в слезы. Если это мальчик, то родители (особенно папы) часто утешают его следующими словами: «Не плачь, ты же мужчина, мужчины не плачут…» Чаще всего ребенок слов этих как бы и не слышит и продолжает рыдать. И правильно делает. Оказывается, слезы не только облегчают страдания, они еще и лечат. Этот удивительный факт был установлен российскими учеными, открывшими неизвестную ранее эндокринную функцию слезных желез. По мнению исследователей, они непосредственно участвуют в процессах заживления…
Экспериментаторы решили сравнить, как заживают ранки у крыс, которые плачут и которые не плачут. Чтобы не мучить зверьков, поместили крысе в глаз соринку, и, конечно, полились слезы.
Чем больше плакала крыса, тем быстрее заживала ранка у нее на спинке. В среднем же слезы сокращали срок выздоровления на 12 дней! А когда слезные железы удалили, то обнаружили и совсем уж удивительное явление: края ранки начали расходиться, заживать она стала медленнее. За один день кожа теряла упругость, становилась вялой и дряблой, словно старела…
