В Империи вспомнили о земной колонии и требуют доклада о состоянии дел от наместника.
========== Часть 1 ==========
— Мне кажется, это выглядит глупо, — Юджин наконец решился высказать свое мнение.
Веенстра скривился, но промолчал, разглядывая себя в большом ростовом зеркале. С тех пор, как из Империи пришло указание явиться для доклада, он не находил себе места. Йору тоже нервничал, но не так сильно.
— Не вижу смысла переживать заранее.
— Тебе хорошо, — Веенстра оторвался от созерцания своего отражения, — у тебя только ворот расстегнут, а я…
Юджин опустил голову. Непонятные ему правила и странные традиции оказывались сильнее здравого смысла: метка должна быть обязательно на виду, а раз она располагалась на ноге, то мужу пошили весьма своеобразную форму, к которой он и пытался привыкнуть уже не первый день.
— Это глупо, — повторил Юджин.
— Да что б ты понимал, — процедил сквозь зубы Веенстра и одернул юбку — сколько ни убеждай себя и окружающих, что это килт и символ мужественности, а на поверку все одно — юбка.
— Я, может, и не понимаю ничего в ваших заморочках, но в таком виде над тобой будут смеяться. Как пить дать будут смеяться. И показывать пальцем.
— Над нами, — поправил Йору. — Будут смеяться над нами. Вернее упражняться в остроумии.
— И какой смысл?
— Что, прости? — Йору, видимо, уловил мрачную решимость Юджина идти в этом вопросе до конца.
— Выставлять себя на посмешище в таком виде. Явиться на какой-то там суперприем в высшее общество в сланцах на голых ногах и юбке — это же нарушение традиций?
Йору задумчиво кивнул, тут же пихнув локтем в бок Веенстру, чтобы молчал.
— Ну и какая разница, как нарушать эти ваши гребаные традиции? Надень обычную форму. И сделай лицо вот как сейчас.
— Есть неписаные правила… — Веенстра упрямо выдвинул челюсть вперед и ожег Юджина взглядом.
— Угу, а если бы я тебя за задницу укусил?
Йору захлебнулся воздухом и долго кашлял, а потом сквозь слезы и нервную икоту сказал:
— Он прав. Есть традиции, а есть обстоятельства. Нет смысла выставлять себя на посмешище больше, чем того требует ситуация.
Веенстра молчал. Покачивался с пятки на носок и обратно, разглядывал себя в зеркало и не произносил ни слова. Можно было бы подумать, что досужие разговоры его не волнуют, если бы не нервно подергивающийся хвост. Сзади килт ходил ходуном, выдавая нервозность. Юджин прислушался к себе — эмпатия, развившаяся в браке, кричала о нестабильном состоянии Веенстры, хотя тот и старательно контролировал эмоции.
— Я не поеду, — вдруг произнес Веенстра. — И вас не пущу. Кстати, атмосфера в имперской столице крайне вредна для хрупкого здоровья человека.
— Брось, — Йору присел на ручку кресла. — Глупо же упускать возможность поразвлечься. Показать замшелым чинушам и тепличным отпрыскам родовитых фамилий, что их мнение ничего не значит? Сделать так, чтобы они завидовали…
— Да уж, обзавидуются!
— Чтобы рвались приехать на Землю и найти себе пару из местных, — Йору мечтательно закатил глаза.
— А мы объявим карантин, — буркнул Юджин, которому идея не показалась заманчивой. — И пусть они сидят и сдают анализы до скончания века.
— Точно! Три года им покажутся вечностью, — обрадовался Йору, а Юджин пожалел, что до конца столетия осталось не так много времени — иногда привычные фразеологизмы воспринимались мужьями буквально.
Веенстра снял свой провокационный наряд и, сверкая ягодицами, ушел в ванную. И запер дверь. Йору, с энтузиазмом поглядывающий на эту демонстрацию, печально вздохнул. Юджин едва заметно пожал плечами: что тут поделаешь, видимо, хочет побыть один.
— Как думаешь, ты справишься? — Йору подошел ближе и заговорил совсем тихо. — Будет тяжело.
— Я буду хранить высокомерное молчание, — заверил Юджин. — Сам знаешь, не мастер я изящной словесности.
Йору улыбнулся и заговорщицки подмигнул, притягивая его к себе.
— Подразним нашего сердитого недотрогу?
Юджин едва слышно фыркнул, соглашаясь. Пожалуй, это было хорошее решение: Веенстру действительно стоит отвлечь от переживаний. В конце концов, из них троих хуже всего именно Юджину — полная неизвестность и неуверенность в себе. Он порой даже удивлялся, что не ощущает дикого мандража, который вполне обоснованно должен был овладеть им при известии о поездке. Наверное, так работала связь, но уточнять он не собирался.
Веенстра бесшумно появился, едва спина Юджина коснулась прохладного шелка простыней. Йору на мгновение замер и устроился рядом, продолжая прерванные ласки. Хорошо, что в постели их противоречия сглаживались. Это была последняя связная мысль Юджина, прежде чем ему стало совсем не до размышлений.
— Это животное придется оставить здесь, — лежащий в постели Веенстра спихнул Смузи на пол.
— Никогда, — Юджин сел и поморщился: два захода практически без перерыва, отозвались тупой ноющей болью — бороться за ведущую роль сегодня было бессмысленно. — Или со Смузи, или без меня!
— Уймись! — Рявкнул Веенстра, на секунду Юджин испугался, что этот окрик адресован ему, но муж дернул ногой и продолжил: — Наглое животное!
— Кис-кис, иди сюда, моя радость, — проворковал Юджин, — иди, я тебя поглажу. Смузи хочется ласки, а ты…
