Больше всего на свете Кира любила своего молодого человека, но парень погибает в аварии. Кира винит в этом себя и впадает в депрессию. Её разум поглощает идея фикс, будто они вновь смогут встретиться под небом, где расстилается северное сияние, и после смерти вместе отправиться в путешествие. Чтобы перед смертью исполнить свою мечту, она решает заработать деньги. Едва окончив школу, Кира сбегает из дома и устраивается в стриптиз-клуб «Полночь». Это место меняет ее жизнь. Содержит нецензурную брань.
Роман «Полночь»
Родители никогда не поймут, почему я решила пойти работать в стрип-клуб.
Я окончила школу с золотой медалью. Родители пророчили мне счастливое будущее: для них это стабильная работа каким-нибудь адвокатом или медиком, отпуск раз в год и бутылочка пива по пятницам. Я выбрала другой путь. У меня есть мечта, и для ее исполнения нужны деньги. Много денег. Я не могу себе позволить тратить молодость на университеты, к тому же, за них нужно платить. Я должна научиться зарабатывать, причем без разгона. Сразу и много. И я знаю только один вариант, как можно это сделать.
Работа в стриптизе.
Я долго обдумывала свой план. Уехать не могу – мне не дают карманных денег, копить не с чего. В нашем небольшом городе есть лишь один стрип-клуб. «Полночь». Я позвонила туда во время последнего звонка. Отошла от толпы нафуфыренных одноклассниц, чтобы пообщаться. Не знаю, почему решилась именно в этот момент. Наверное, захотелось отпраздновать завершение школы по-настоящему взрослым решением. Отказаться от высшего образования ради мечты – кто из выпускников способен на это? Я знала лишь одного человека, но он…
– Я вас слушаю, – ответил приятный женский голос. Секретарша? В стрип-клубах бывают секретарши?
– Здравствуйте… Это «Полночь»?
– Да. Вы хотите забронировать столик?
– На самом деле… – устраиваться на работу сложнее, чем я думала. Слова застряли в горле. – Я бы хотела у вас работать.
– Хорошо. Вы можете прислать фотографии на этот номер телефона. В полный рост, в одежде и в нижнем белье. Минимум косметики.
– Я отправлю через минуту! – ответила и, забыв попрощаться, сбросила звонок.
Одноклассники поют гимн школы, им нет до меня дела. Главное, чтобы никто сейчас на меня не смотрел – щеки пылают! Но я должна это сделать, иначе застряну в бесконечной рутине учебы, работы, бессмысленной жизни…
Я догадывалась, что у меня попросят. Почитала немного на форумах, даже написала одной из стриптизерш из другой части страны. Попросила ее рассказать, каково каждую ночь раздеваться перед толпой мужиков.
«Танцевать не сложно. Просто представь, что никто на тебя не смотрит – и кайфуй! Но не забывай, что это, прежде всего, работа. Либо тебе повезет с клубом и коллективом, либо тебя сожрут», – ответила стриптизерша. После этого я с ней не списывалась.
У меня на телефоне хранились подходящие фотографии. В одежде – выбрала из соцсетей. В нижнем белье меня фотографировал Марк, когда он еще был рядом. Это был счастливый год, завершившийся трагичным многоточием. Я осталась наедине с надеждой, что все еще можно исправить.
В полный рост – отправить.
В одежде – отправить.
В нижнем белье – отправить.
Рядом шел концерт. Выпускники праздновали конец школьной жизни, пока я старалась устроить новую. Ответ от «Полночи» пришел через пару минут:
«Сколько тебе лет?»
Мороз пробежал по коже. Они должны меня принять!
«18», – соврала я. Хотя почему соврала? Еще месяц – и буду совершеннолетней. Но такая уж большая разница.
«Выглядишь на 16. Умеешь танцевать? Трюкачить на пилоне?» – я помню, читала об этом. Пилон – это шест. Чтобы хоть что-то научиться на нем делать, нужно хотя бы несколько месяцев. У меня этого времени нет.
«Я несколько лет занималась танцами. На пилоне не умею, но готова учиться!»
Наверное, стоило соврать, что уже умею? Но этот обман легко раскрыть, в отличие от моего возраста.
«Приходи сегодня вечером, часов в десять. Ты знаешь, где находится «Полночь»?» – написали мне.
«Знаю. До свидания».
Отлично! Первый этап пройден. Осталось пройти оставшиеся два: поговорить с родителями и устроиться в клуб. Что случится после разговора, я знала на сто процентов.
Попрощавшись с одноклассниками, я поспешила домой. Надеюсь, этих людей я больше никогда не увижу – школьные годы не принесли ни одного человека, которого я могла бы назвать другом.
Придя домой, я первым делом собрала сумку. Не школьный портфель, с которым привыкла ходить налегке, а большой походный рюкзак. Побросала туда все, что посчитала нужным: кружевное белье, платья, косметику. Что еще может понадобиться на такой работе? Документы. Немного денег – всего тысяча рублей. Это сумма, на которую я должна начать новую жизнь. Фотография Марка – единственная, которую я смогла сохранить. Остальные мать разорвала и выбросила, утверждая, что так будет проще его забыть. Но я-то не собираюсь забывать!
Рюкзак наполнился доверху, остаток вещей пришлось запихивать силой. Закончив собираться, я вышла в зал. Мама с папой сидели там, смотря телевизор. Меня они даже не заметили. Заметят ли, когда я исчезну?
– Мам, пап. Я должна вам кое-что сказать.
Они одновременно обернулись на меня. Выражение лиц такое удивленное, будто я предложила прыгнуть с девятого этажа, а не просто поговорить.
– О чем, Кристина?
– Я не буду поступать в университет.
