– Что стряпаешь? – спросил Гидеон.
– Ежевичный «Коблер».
– Между прочим, ты улыбаешься, когда добавляешь ингредиенты.
Я взглянула на него.
– Правда?
– Каждый раз. Я заметил, потому что до этого ты при мне никогда не улыбалась. А жаль: у тебя очень приятная улыбка.
Смутившись, я едва не выронила деревянную ложку, которой помешивала тесто, но постаралась внешне сохранить невозмутимость.
– Обожаю готовить.
– Значит, это у вас семейное?
– Да. Я училась у лучшего кулинара. – Я поместила в небольшой противень начинку и покрыла ее сверху тестом. Поставила пирог в заранее разогретую духовку, установила время запекания и поглядела на Гидеона. – Ты голоден? Как насчет омлета?
– Спасибо за предложение, но мне уже пора. Хотя если угостишь меня «Коблером», я буду тебе всю жизнь благодарен.
– За такой мед и «Коблера» не жалко.
Гидеон допил кофе, сполоснул кружку и сунул ее в посудомоечную машину.
– Когда у тебя будет время, давай… – начал было он, но его прервал громкий стук со стороны дворика.
Я повернулась и обреченно вздохнула, увидев прижатое к стеклу красное, сердитое лицо мистера Лейзенби.
– Мисс Анна-Кейт! Мне надо с вами поговорить!
– Что это с ним? – удивился Гидеон.
– Из-за пирога переживает, – бросила я, спеша к двери, чтобы впустить гостя.
– Из-за пирога? – недоуменно переспросил Гидеон.
– Мисс Анна-Кейт, ваш «Черный дрозд» не работает, – с порога заныл мистер Лейзенби. – Мне опять ничего не приснилось!
– Знаю. Приходите завтра.
– Разве вы не напекли еще пирогов? – расстроился Мистер Лейзенби.
– Эти тоже не работают, – объяснила я и, приняв мгновенное решение, добавила: – Поэтому сегодня пирогов «Черный дрозд» в продаже не будет. Но не волнуйтесь, завтра они появятся. До свидания.
Вымученно улыбнувшись, я захлопнула дверь, но стоило мне повернуться к Гидеону, как снова послышался стук. Я оглянулась.
– Я есть хочу! – донесся до меня жалобный голос. – А у вас так вкусно пахнет!
Мгновение помешкав, я распахнула дверь. Должна же я хоть чем-то помочь несчастному старику!
– Вы очень милая девушка, – сделал мне комплимент мистер Лейзенби, направляясь к столу, за которым Гидеон уже наливал гостю кофе.
Обменявшись приветствиями с мистером Лейзенби, Гидеон шагнул к двери из проволочной сетки.
– Спасибо за теплый прием, Анна-Кейт. Увидимся.
– Подожди, ты же что-то собирался мне сказать?
– Потом поговорим. Это не срочно.
– Уверен?
Он кивнул.
– Не забудь оставить мне кусочек «Коблера».
Я проводила его до выхода и прислонилась к косяку.
– Гидеон, я, конечно, не Зи, но, если вдруг захочешь зайти на чашку кофе, имей в виду: я буду рада тебя видеть в любой день, часов в шесть утра.
Солнце отразилось в сияющих глазах Гидеона.
– Спасибо за приглашение! С удовольствием.
С этими словами он вышел из кухни и, спустившись по ступенькам, через сад двинулся к своему дому. А я повернулась к мистеру Лейзенби и потерла руки.
– Предлагаю провести время с пользой и, пока «Коблер» готовится, вытащить плодоножки из ягод!
– Что привело вас в этот город, сэр?
– Сообщение о появлении здесь птиц редкого вида, Turdus merula. – Закарайа Бойд гордо выпятил грудь, демонстрируя журналисту надпись «Птицелюб» на футболке. – Я председатель Общества орнитологов Алабамы. Кстати, мы будем рады новым членам.
Журналист скрупулезно записал название общества и его электронный адрес, отметив про себя, что это – неплохой материал для будущей статьи о черных дроздах.
– На сколько вы собираетесь задержаться в Уиклоу?
Мистер Бойд потер аккуратно подстриженную седую бородку.
– Даже не знаю. Я прибыл сюда из-за дроздов… А не уезжаю из-за пирога.
Присутствовать на занятии Олли в бассейне я отказалась: досадно было видеть, как торжествует добившаяся своего мама. Поэтому ушла сразу же, как только передала свою радостную дочку ее не менее радостной бабушке.
В Уиклоу царило оживление. На улице какие-то люди раздавали листовки с рекламой предстоящего празднования Дня независимости, хотя до него оставалось еще больше месяца. Приглядевшись, я поняла, что это мамины друзья из комитета по благоустройству города, и торопливо свернула, чтобы чего доброго не наткнуться на Корали Дэбади. Она бы обязательно завела светскую беседу об Олли, Стейше и их занятиях плаванием, а мне об этом даже думать не хотелось, не то что разговаривать. Тем более с посторонним человеком, с которым уже много лет не общалась.
На Маунтин Лорел Лейн автомобили выстроились в пробке. Казалось, здесь нет ни одного свободного парковочного места. Раньше в Уиклоу было тихо, а теперь отовсюду слышался шум машин и гул голосов. У кафе «Черный дрозд» столпилось еще больше народу, чем накануне. Я направилась ко входу. Сейчас съем кусок пирога, потом пройду по городу в поисках работы, а после вернусь домой.
Хорошо, что я не осталась на занятие Олли: видеть ее в бассейне было бы для меня настоящей пыткой. Вздохнув, я попробовала внушить себе, что Олли в надежных руках. Мама ее любит и не допустит, чтобы с внучкой что-нибудь произошло.
По крайней мере, постарается.
А вдруг что-то случится…
