Софи улыбнулась. Однако после ухода матери долго сидела, уставившись в одну точку, сжимая в руках книжку в кожаном переплете.
"Мама права. Если ты не в силах изменить обстоятельства, нужно с ними примириться. Пусть Патрик делает все, что захочет, и притворюсь, что этого не замечаю".
Лорд Брексби барабанил пальцами по письменному столу, что означало крайнюю степень беспокойства.
- Это возмутительно!
Небольшой, неброско одетый человечек удивленно посмотрел на министра.
- Согласен с вами, Наполеон отвратительный тип. Всегда был таким и останется.
- Но сейчас он перешел все границы приличия, - проговорил Брексби, чуть ли не задыхаясь от раздражения. - И как же он думает все это устроить?
- Чистое везение, сэр, что нам удалось это обнаружить, - заметил гость.
Брексби вздохнул:
- Видимо, нам следует сказать Патрику Фоуксу.
- Насколько мне известно, Фоукс собирается в свадебное путешествие... вдоль побережья. - С едва заметным подрагиванием бровей человечек дал понять, что прекрасно осведомлен о причинах, почему Патрик направляется именно в Уэльс.
- Да. - Брексби снова забарабанил пальцами.
- В таком случае зачем ему говорить? - Собеседник министра чуть прикрыл веки.
Министр едва заметно усмехнулся. Сидевший перед ним человек был его самым ценным международным тайным агентом.
- Но как я могу не сообщить ему о такой опасности? А если он по неведению совершит какую-нибудь ошибку и скипетр взорвется?
- Если мы его вовремя заменим, этого не произойдет, - заметил агент. Вы позволите мне удалиться? - Человечек встал, не дожидаясь ответа Брексби. - Единственное, что нам нужно, так это изготовить новый скипетр. А что касается Фоукса, то следует иметь в виду, что он на днях женится. Причем по любви. А как известно, поведение влюбленных непредсказуемо. Поэтому лучше не рисковать. - Тайный агент выскользнул из кабинета министра внутренних дел.
Примерно с минуту Брексби пристально смотрел на закрытую дверь. Затем придвинул лист бумаги, что-то быстро на нем набросал, прочитал написанное и разорвал в клочья. Письмо было адресовано достопочтенному Патрику Фоуксу.
"Агент прав, как всегда. Самое лучшее - это пусть Фоукс везет "наполеоновский" скипетр, а примерно за час до вручения его Селиму наши люди его заменят. Риск в таком случае представляется минимальным. До самой последней минуты враги должны быть уверены, что Фоукс вручает их скипетр. Ничего себе Наполеон придумал - взрывающийся скипетр! Вот это изобретательность. Если задуманная диверсия удастся... - Брексби помрачнел еще больше. - Если Фоукс вручит Селиму дар английской короны, который через некоторое время взорвется, то для Англии это может обернуться катастрофой. Оскорбленный Селим, - если, конечно, "их императорское величество" останется после взрыва жив, - без промедления примкнет к Наполеону и объявит войну Англии".
- Нам сейчас только взрывов не хватает, - пробормотал Брексби и дернул шнур колокольчика. Появился камердинер и подал министру шляпу.
О происках Наполеона нужно немедленно сообщить казначейству.
Маркиза и маркиз Бранденбург в этот вечер находились в гостиной одни. Впервые за многие годы. Вот-вот должна появиться дочь. Сегодня у них семейный ужин.
"Последний, - подумала Элоиза, чувствуя подступивший к горлу комок. Завтра мой ребенок выедет из дома в собор Святого Георгия и больше никогда сюда не вернется. Разве что в гости".
Взяв бокал шерри, она прошла к выходящему в сад большому окну. Из головы не выходил утренний разговор с Софи. Дело в том, что очень многое из сказанного дочери Элоиза до сих пор никогда вслух не произносила. Теперь, находясь с мужем в одной комнате, она чувствовала себя несколько смущенной.
Правда, Джордж если и заметил в ней какую-то напряженность (что маловероятно), то виду не подал.
- Они хорошая пара. Ты не считаешь, моя дорогая? - Он неслышно подошел к окну и встал рядом.
Неожиданно сердце Элоизы бешено заколотилось. Совершенно некстати в воображении предстал обнаженный Джордж, какого она помнила с молодости. Она также вспомнила его привычку в первые дни брака целовать ее сзади в шею. Элоиза искоса взглянула на мужа. Он задумчиво рассматривал сад.
- Джордж, - невольно вырвалось у Элоизы. Она почувствовала, что краснеет.
Маркиз повернулся и посмотрел на жену проницательными серыми глазами. Затем поднял руку и коснулся шеи именно в том месте, о котором она только что подумала. Столь интимной ситуации у них не было уже многие годы.
Элоиза притихла, боясь шелохнуться. Сейчас было самое время попытаться преодолеть давнюю укоренившуюся отчужденность, но смелость ее покинула. Слова застряли в горле. Часто дыша, она наклонила голову, не зная, куда деваться от нахлынувшего стыда. Однако Джордж руку не убрал, а сделал большим пальцем небольшой круг. И тут двери гостиной открыл Кэррол, пропуская их дочь.
Глава 13
В это утро Софи проснулась очень рано. Выбравшись из постели, она подошла к окну. Едва забрезжил серый рассвет. "Накануне свадьбы нужно как следует выспаться", - наказывала мать. Но Софи не спалось.
