- Очень, - Кэтрин посмотрела на него и подумала: "Я позабочусь о том, чтобы ты был счастлив. Сегодня. Обязательно сегодня. Ты будешь счастлив сегодня".
В тот вечер они ужинали в ресторане в Стибули, напоминавшем старую деревенскую таверну.
- Эта комната была построена в 1480 году, - сказал Кирк.
- Тогда хлеб лучше не заказывать.
- Что?
- Просто пошутила. Извини.
"Ларри всегда понимал мои шутки. Почему я все время о нем думаю? Потому что не хочу думать о сегодняшнем вечере. Чувствую себя Марией-Антуанеттой перед казнью. Не буду есть торт на десерт."
Еда была великолепна, но Кэтрин так нервничала, что ей было безразлично, что она ест. Когда ужин подошел к концу Рейнольдс предложил:
- Поднимемся наверх? Я договорился, что с тобой позанимаются лыжами завтра рано утром.
- Конечно. Прекрасно.
Когда они поднимались наверх, Кэтрин все время ощущала, как сильно бьется ее сердце. "Сейчас он скажет: давай сразу ляжем в постель. И почему бы ему так не сказать? Для этого я сюда и приехала, так ведь? Не на лыжах же кататься".
Они подошли к номеру, Рейнольдс открыл дверь и зажег свет. Они прошли в спальню, и Кэтрин не могла отвести глаз от огромной кровати, которая, казалось, занимала всю комнату.
Кирк внимательно наблюдал за ней:
- Кэтрин, тебя что-то беспокоит?
- Что? - она слегка рассмеялась. - Конечно, нет. Я... просто я...
- Просто что?
Она безмятежно улыбнулась ему:
- Ничего. Все в порядке.
- Прекрасно. Тогда давай раздеваться и ложиться спать.
"Именно так я и думала. Разве обязательно было это говорить? Можно вполне обойтись и без слов. Все называть своими именами - это... как-то грубо".
- Что ты сказала?
Кэтрин сразу и не поняла, что говорит вслух.
- Ничего.
Она подошла к кровати. Такой большой она никогда не видела. Сооружение только для любовников, и никого больше. Для спанья она не годилась. Это была кровать...
- Ты раздеваться собираешься, дорогая?
"Действительно? Когда же это я последний раз спала с мужчиной? Больше года назад. И этот мужчина был моим мужем".
- Кэтти?..
- Да... ("Я разденусь и лягу в постель, и ты будешь полностью разочарован. Не люблю я тебя, Кирк. Не могу спать с тобой.") Кирк...
Уже наполовину раздевшись, он повернулся к ней:
- Да?
- Кирк... Я... прости меня. Ты меня возненавидишь, но я не могу. Мне ужасно жаль. Ты, наверное, думаешь, что я...
Она видела, как он разочарован. Но все же он попытался улыбнуться:
- Кэтти, я же сказал, что буду терпелив. Ты еще не готова, я понимаю... Все равно нам здесь чудесно.
Она с благодарностью поцеловала его в щеку.
- О, Кирк! Спасибо тебе. Я понимаю, что смешна. Не знаю, что это со мной.
- А тем временем, - вздохнул он, - мне придется спать на диване в гостиной.
- Ничего подобного, - объявила Кэтрин. - Поскольку я виновата в этой идиотской ситуации, то должна хотя бы позаботиться о твоем комфорте. Я сплю на диване, ты - на кровати.
- Категорически отказываюсь.
Кэтрин долго лежала, даже не пытаясь заснуть, и думала о Кирке Рейнольдсе. "Смогу ли я когда-нибудь спать с другим мужчиной? Или Ларри выжег из меня все это? Может быть, Ларри удалось-таки убить меня в определенном смысле?" Наконец она заснула.
Среди ночи Кирка Рейнольдса разбудили крики. Он сел на диване, но поскольку крики не прекращались, он ринулся в спальню.
Кэтрин билась в постели, глаза ее были плотно закрыты.
- Нет, - кричала она. - Не надо! Не надо! Оставьте меня!
Кирк опустился на колени, обнял ее, прижал к себе.
- Тихо, - прошептал он. - Все в порядке. Все в порядке.
Тело Кэтрин сотрясали рыдания, и он держал ее, пока она не успокоилась.
- Они... пытались меня утопить.
- Тебе все приснилось, - старался он ее успокоить. - Просто плохой сон.
Кэтрин открыла глаза и села. Тело ее била дрожь.
- Нет, это не сон. Так все и было. Они пытались меня убить.
Кирк с недоумением смотрел на нее:
- Кто пытался тебя убить?
- Мой... мой муж и его любовница.
Он покачал головой:
- Кэтрин, просто тебе приснился кошмарный сон, и...
- Я говорю правду. Они пытались разделаться со мной, и их за это казнили.
На лице Кирка отразилось недоверие:
- Кэтрин...
- Я тебе раньше не рассказывала, потому что... мне больно об этом вспоминать.
Внезапно он осознал, что она говорит вполне серьезно.
- Что случилось?
- Я не давала Ларри развода, а он... он любил другую женщину, вот они и решили меня убить.
Теперь Кирк был весь внимание:
- Когда это было?
- Год назад.
- А что с ними случилось?
- Их казнили.
Он поднял руку:
- Подожди. Ты хочешь сказать, что их казнили _з_а _п_о_п_ы_т_к_у тебя убить?
- Да.
- Я не специалист по греческим законам, - сказал Рейнольдс, - но готов поспорить, что в Греции не приговаривают к высшей мере наказания з_а_ п_о_п_ы_т_к_у_ убийства. Тут какая-то ошибка. У меня есть знакомый юрист в Афинах, государственный обвинитель. Позвоню ему утром и все выясню. Его зовут Питер Демонидес.
Когда Кирк проснулся, Кэтрин еще спала. Он тихонько оделся и вошел в спальню. Постоял, глядя на спящую Кэтрин. "Я так ее люблю. Надо выяснить, что же на самом деле случилось, и избавить ее от этих кошмаров".
Кирк Рейнольдс спустился в холл гостиницы и заказал разговор с Афинами.
