До самого отплытия Риццоли беспокоился, как бы не случилось чего непредвиденного, потому что происходящее превосходило все его ожидания. Константин Демирис, один из самых богатых и могущественных людей в мире, его партнер. "Партнер... Как же, - думал Рицолли, - да он полностью в моей власти! Весь его проклятый флот - мой. Да я могу перевозить столько героина, сколько захочу. Пусть другие лезут из кожи вон, пытаясь доставить порошок в Штаты. У меня все схвачено. Да еще эти музейные редкости. Уж удача так удача. И все только мое. Ребятам вовсе незачем об этом знать".
Тони Риццоли заснул. Ему снились целые флоты золотых кораблей и дворцы, полные молоденьких служанок.
Проснувшись утром, Риццоли с приятелями отправился завтракать. В кают-компании уже находились несколько членов экипажа. Стюард подошел к их столу:
- Доброе утро.
- А где мистер Демирис? - спросил Риццоли. - Он что, не завтракает?
- Он лежит у себя в каюте, мистер Риццоли. Нам приказано подавать вам и вашим друзьям все, что пожелаете.
- Очень мило с его стороны, - улыбнулся Риццоли. - Мне дайте апельсиновый сок и яичницу с беконом. А вы, ребята?
- Звучит неплохо.
Когда завтрак был заказан, Риццоли сказал:
- Я бы хотел, чтобы вы не очень высовывались. Старайтесь держаться незаметно. Будьте вежливы и обходительны. Не забывайте, мы в гостях у мистера Демириса.
К ленчу Демирис не вышел. К ужину тоже.
Риццоли решил пойти поболтать с ним.
Демирис сидел в каюте, уставившись в иллюминатор. Выглядел он бледным и уставшим.
- Ты бы поел, партнер, надо ж силы поддерживать, - сказал Риццоли. А то вдруг заболеешь. У нас же полно дел. Я велел стюарду принести ужин сюда.
Демирис глубоко вздохнул:
- Я не хочу. Впрочем, ладно. Уйдите, пожалуйста.
Риццоли усмехнулся:
- Ухожу. После ужина - поспи. У тебя ужасный вид.
Утром Тони направился к капитану.
- Я - Тони Риццоли, - сказал он. - Гость мистера Демириса.
- Знаю. Мистер Демирис предупредил, что вы ко мне зайдете. Он что-то говорил об изменении курса.
- Верно. Я скажу, когда надо будет. Когда мы прибываем к побережью Флориды?
- Приблизительно через три недели, мистер Риццоли.
- Прекрасно. Я еще зайду.
Риццоли ушел и отправился бродить по танкеру - его танкеру. Весь проклятый флот теперь принадлежит ему. Весь мир! Риццоли не мог вспомнить, чтобы он когда-нибудь чувствовал себя таким счастливым.
Они благополучно пересекали океан. Время от времени Риццоли заходил в каюту Демириса.
- Ты бы держал девок на борту, - как-то сказал Риццоли. - Впрочем, я слышал, что грекам девки не нужны, это правда?
Но Демирис предпочел сделать вид, что не услышал оскорбления.
Дни тянулись медленно, но каждый час приближал Риццоли к исполнению его мечты. От нетерпения он был как в лихорадке. Прошла неделя, потом еще неделя, и наконец они подошли к северному побережью Америки.
В субботу, когда Риццоли стоял у борта и смотрел на океан, вдруг ярко сверкнула молния.
К нему подошел первый помощник капитана:
- Похоже погода портится, мистер Риццоли. Надеюсь, вы не боитесь морской болезни.
Риццоли пожал плечами:
- Я ничего не боюсь.
На море появились волны. Судно то зарывалось носом в волну, то вздымалось на ее гребень.
Риццоли почувствовал, что его тошнит. "Выходит, я боюсь морской болезни, - усмехнулся он. - Ну и какая разница?" Весь мир принадлежал ему. Он вернулся в каюту и рано лег спать.
Ему опять снились сны. На этот раз без золотых кораблей и голых девушек. Плохие сны. Шла война, и гремели орудия. Его разбудил взрыв.
Сна как не бывало. Каюту раскачивало. Судно находилось в эпицентре шторма, чтоб его черти драли. Он слышал, как по борту бегали люди. Что, наконец, происходит?
Тони поспешно выбрался из постели и вышел в коридор. Пол внезапно пополз влево, и он с трудом удержался на ногах.
- Что случилось? - крикнул он пробегавшему мимо человеку.
- Взрыв. На судне пожар. Мы тонем. Идите лучше на палубу.
"Тонем?.. - Риццоли не верил своим ушам. Все шло так гладко. Плевать, - подумал Риццоли. - Даже если я потеряю этот груз, я могу это себе позволить. Будут еще грузы. Надо спасать Демириса. Без него - хана. Надо послать сигнал SOS". - И тут он вспомнил, что сам приказал уничтожить радиопередатчик.
С трудом удерживая равновесие, Риццоли прошел по коридору к трапу и поднялся на палубу. К его изумлению, шторм кончился. Море было спокойным. Было полнолуние. Вдруг снова раздался взрыв, потом еще один. Судно еще больше накренилось. Корма быстро погружалась в воду. Матросы пытались спустить на воду спасательные шлюпки, но было уже поздно. Море вокруг танкера было покрыто горящей нефтью. Где же Константин Демирис?
И тут он, несмотря на грохочущие взрывы, где-то высоко услышал звук работающего двигателя. Он поднял голову. На высоте примерно десяти футов над танкером завис вертолет.
"Мы спасены", - возликовал Риццоли и начал изо всех сил махать руками.
В иллюминаторе вертолета появилось лицо. Риццоли не сразу понял, что это Демирис. Он улыбался, а в его поднятой руке была бесценная амфора.
