Пока он разговаривал с клиентом, секретарь принесла чай.
Передо мной наша тоненькая змейка поставила мою персональную чашку с групповым портретом коллег и моим собственным - в попавшей на снимок фотографии со стены этого кабинета. "Три мента" - Рембо, я и Пашка Вагин...
Я явственно помнил утро, когда было сделано фото.
Были майские праздники. Накануне нас прислали на усиление...
Центральный Парк Культуры и Отдыха имени Горького. Пять утра. Тусклый рассвет..
Мы только что закончили двигаться цепочкой по Воробьевым горам по направлению к Зеленому театру. Грабитель, которого задержали ночью, успел выбросить снятые им с жертвы часы - основное вещественное доказательство преступления...
Следователь потребовал, чтобы часы нашли, иначе дело развалится.
Всю ночь мы провели в отделении без сна, ожидая, когда рассветет. И вот мы идем между деревьями на расстоянии шага друг от друга, не отрывая глаз от земли. Моим соседом справа был Пашка, слева шел Рембо. Пашка чуть приотстал. Что-то прикольное пришло мне в голову. Я перемигнулся с Рембо, снял с руки свой "ориент" и незаметно положил справа под Пашку...
Я ждал, что он заорет: "Вот они!"
Но, видимо, Пашка заметил маневр, поэтому, не поднимая шума, поднял мои часы и сунул в карман...
Мы продолжали поиски. Пашка продолжал делать вид, что ничего не произошло, как ни в чем не бывало, смотрел себе под ноги...
В конце-концов я трепыхнулся:
- Пашк!
- Ну чего?!
- Как там с часами?
- С какими ?!
- Да, ладно...
- Не понял! С какими часами?!
Шутка вышла мне боком. Пришлось пообещать бутылку. Там, на Воробьевых горах, мы и сфотографировались. Втроем...
Рембо, наконец, закончил говорить по телефону, несколькими глотками допил остывший чай. У него была такая же большая фирменная чашка, как и моя. С теми же картинками. Он взглянул на меня.
- А теперь кофейку... Ты как?
Я не возражал.
Секретарь с неизменной улыбкой неслышно сменила чашки, бесшумно закрыла за собой дверь.
Рембо не терпелось продолжить. Разговаривая по телефону, он не переставал думать о визите Калиншевского и даже сумел продвинуться в своих предположениях:
- Твоего заказчика бизнес-справка не интересует. Иначе он бы действовал через тебя...
- Так.
- Выходит, Калиншевский из другой команды. По тому, как повел себя Арзамасцев - не послав никого за кейсом, можно сделать вывод: он не доверяет ближайшему своему окружению. У него сильная оппозиция внутри Фонда! Калиншевский представляет этих людей...
В этом был смысл.
Какая-то группа внутри руководителей Фонда охотилась за бизнес-справкой, которую заказал Арзамасцев. Они организовали кражу кейса, но документ не нашли. Сейчас им каким-то образом стало известно, что бизнес-справку готовили мы и они прислали своего человека...
Бунт на корабле?!
Мне тоже удалось внести лепту в общаг разбора полетов.
Я вдруг вспомнил:
- Когда ты отказался сдать клиента, заказавшего справку, Калиншевский сказал: "балаган какой-то..." Помнишь?
Рембо молча взглянул. Словечко ни о чем не говорило ему.
Между тем в одной стране на Ближнем Востоке оно было весьма распространено в качестве ругательства, поскольку бранных слов в языке библии не существует.
- Калиншевский жил в Израиле! Не он ли работает с банком "Яркон"... Впрочем, правду никто сегодня не скажет...
- Может Любович?
Я отставил чашку.
- Я уже говорил с Леа насчет него...
- А сам не хочешь слетать?..
Меня останавливал заказ. У Рембо было другое мнение.
- К дому мог бы съездить Бирк.... Я к тому, что адвокат неспроста тут появился... Это только первая ласточка. Я не удивлюсь, если они снова дадут о себе знать. И очень скоро...
..
Прежде, чем отъехатъ, я из машины по мобильнику связался с Иерусалимом и снова попал на автоответчик - Леа опять не было в офисе. Мне осталось только добавить поручение по поводу интересующего нас банка "Яркон"...
Неожиданно мой радар запищал - он принял направленный сигнал неизвестного электронного устройства. Сигнал, скорее всего, поступил с обычного нелинейного локатора, входившего в комплект с другой сканирующей техникой.
Я оглянулся...
За воротами, у тротуара нового жилого дома было стояло несколько машин, но мое внимание сразу привлекла одна - "вольво" цвета "мокрый асфальт", припаркованная метрах в пятидесяти впереди.
Она уже отъезжала. За тонированными стеклами пассажиры не были видны.
Водитель точно рассчитал момент начала моего движения. Если бы не радар, я бы выехал несколькими секундами позднее и сидевшие в "вольво" позволили бы себя обогнать.
"Отличная позиция для машины, из которой ведется скрытое наблюдение..."
Но существовала ли в действительности связь между моим и его стартом?!
Не поехала ли у меня поехала крыша? Налицо были все признаки медленно, но верно развивавшейся мании преследования...
Я намеренно мешкал.
"Вольво" вынуждена была оставить меня, погнала дальше. Вскоре она уже сворачивала на Хорошевку...
Я запомнил номер машины, а еще через минуту записал его.
Происшедшее или только придуманное мною изменило мои планы.
