Я видел, как время от времени она нетерпеливо поглядывает на часы. Собаке передалось ее нервное ожидание, белая лайка то и дело выходила из гостинной в переднюю, не останавливаясь, бродила по квартире.
Время шло. Где-то около десяти девушка достала все тот же детектив Мари Бебстер, который я до этого видел у нее в комнате, попробывала читать, бросила. Включила телевизор...
Несмотря на праздничный вечер, в гостиной я не заметил перемен девушка пренебрегала домашней работой. Комната производила впечатление запущенной, должно быть, повсюду было полно пыли...
Все также высилась сбоку, у окна, гладильная доска с электрическим утюгом, чуть выше, на полке, со все той же стопой недоглаженного белья. Все также сбоку на тумбочке виднелся оригинальный пресс, на который я впервые обратил внимание, еще когда ставил в квартире "жучок" -тяжелая, болотного отлива лягушка из слоистого оникса , весом не менее килограмма...
По телевизору передавали творческий вечер очередной звезды, который они периодически устраивают друг другу. Девушка смотрела невнимательно, постоянно кидала беспокойные взгляды на стол - не забыла ли чего... Во время одного из звездных выступлений, она вдруг что-то вспомнила, поднялась, принесла с кухни металлические подставки под салфетки поставила к каждому прибору...
Арзамасцев не приехал.
Около одинадцати в ее настроении произошел резкий перелом.
Именниница поняла, что дальше ждать бесполезно. Щелкнула зажигалкой...
Я видел, как она одна за другой зажглись все свечи на торте, девушка раскупорила шампанское, наполнила бокал.
На мгновение ей вдруг почудились шаги в передней. Она прислушалась, не отпуская бокал из рук. Все было тихо. Подождав секунду, она выпила шампанское одним длинным глотком. Запрокинув голову, допила последние капли и, размахнувшись, с силой швырнула бокал в стену напротив...
Потом она перешла в спальню, выключила верхний свет...
Я видел, как она переодевалась, и снова лицезрел ее всю против моего жучка: длинные стройные ноги, классические рельефные формы груди и ягодиц, небольшой нежный живот...
Потом щелкнул включатель ночника.
Последнее, что я увидел, была белая большая собака, она медленно вошла в спальню, легла на ковер рядом с кроватью...
День рождения
Элитный дом затихал.
Заманчиво мигали разноцветные огоньки над стоянкой армянского кафе. Где-то совсем недалеко взлетела ввысь пиротехническая игрушка, там был праздник. Кто-то устраивал фейерверк.
Все было, как обычно. Я уже не удивлялся тревожным сигналам на моем супер-радаре. Кто-то из секьюрити привычно проверял меня на наличие охранных и сканирующих электронных средств...
Одинокие промерзшие троллейбусы появлялись все реже...
Примерно через час исчезли последние признаки затянувшегося вечера: жильцы, выгуливавшие собак, фанаты бега трусцой, подъезжавшие машины. Светилось всего несколько окон, по два-три на каждый подъезд...
Существовала связь между средним числом зажженных окон в подъезде и часом суток... Закон Больших Чисел. Разработанным одним из отцов современной статистики знаменитым Адольфом Кетле, закон применял математические методы к изучению общественных явлений.
Помню, как я поразился, узнав, что количество конвертов, опущенных в почтовые ящики без марок или без адреса, на сто тысяч отправленных писем по каким-то причинам долгие годы оставалось в Европе постоянным. Как и количество самоубийц, в том числе отдельно мужчин и отдельно женщин...
И можно было зараннее сказать, сколько застрелится, а сколько вскроет себе вены или выбросится из окна на каменное покрытие дворов.
На занятиях по судебной статистике я сидел, не шелохнувшись. Интересно, как ее изучают сегодня...
Я не слышал шума подкатившей к дому машины...
Зато явственно распознал звучание дверного звонка.
Девушки тоже услышала. Вскочила, бросилась в прихожую, но опоздала.
Гость уже входил в спальню, на ходу одно за другим, сбрасывая с себя - дубленку, галстук, пиджак...
Это был Арзамасцев
Генерал выглядел свежо, словно после парной с купанием в проруби.
В вытянутой руке он нес небольшую сувенирную коробку, очевидно, с подарком. Любовники бросились в объятья друг другу.
Тем не менее девушка успела быстро открыть коробку. Содержимое привело ее в восторг, она покрыла лицо Арзамасцева поцелуями, повисла у него на шее. Оба опустились на ковер, Арзамасцев не отпуская от себя именниницу, судорожно раздевался. Вокруг с лаем носилась лайка...
Близость была быстрой и бурной. Потом любовники перешли в ванную и провели там не менее получаса. Затем снова вернулись в спальню, лежа на кровати, что-то шептали неслышно и нежно...
В начале третьего часа Арзамасцев и его подруга появились в гостиной, генерал был уже в костюме и галстуке. На девушке была короткая кофточка, прикрывавшая лишь верхнюю часть бедер. Она быстро перенесла в гостиную заготовленные деликатесы, торт...
Свечки на торте уже догорали.
Арзамасцев наполнил рюмки, короткий тост, который он произнес за здоровье именниницы, не был ни прочувствованным, ни оригинальным.
