Шо ви хотите, если под нищенской шапкой у него буря, а под стареньким пальто у него больное сэрдцэ? — спросила Одесса, поманив его, бездомного, теплой ласковой волнушкой. Такие не мерзнут, он в доску наш! — безапелляционно заявил Новосибирск. — Он хоть продышится тут на чистом морозном воздухе. Как интересно, как мило, как загадочно! — заволновались Париж с Берлином и иже с ними Мадрид. — Нам бы тоже хотелось… Мне бы тоже хотелось, но имею то, что имею! — развела базар Москва, да еще для ясности добавила, разгоняя над собой автомобильный выхлоп и шугая полуголодных пичуг. — Не тревожьте, не трезвоньте и не лапайте его. Дайте нам с ним тут вначале спокойно разобраться, дайте успокоиться, потому что вас много, а надо… А он и сам, по-правде, не знал — что ему надо, где ему надо и с кем… Просто вместе со своим родным городом он имел то, что имел. Просто. И простота эта тянулась сквозь всю его неприкаянную жизнь. И ничего ведь не было: не было лазурного берега, северного сияния, гнущихся от спелых плодов веток инжира, безумно красивых певчих птиц на деревьях… Было просто. Хорошо оно, плохо ли — было все как есть!
Значит, оно есть у меня — это чувство прекрасного, если все вокруг хочется переделать, изменить в лучшую сторону! И главную, да пожалуй, и основополагающую роль, разумеется, играет антураж, окружение, обустроенный быт. Ведь вернувшись восвояси после напряженного и наполненного всякого рода перипетиями дня хочется тепла и уюта, располагающей к покою обстановки… Нет, что там не говорите, а отлаженные бытовые условия — всему голова! Конечно, милая, ты абсолютно права — запахи тоже влияют на наше с тобой самочувствие, на наш комфорт и уют. Посмотри, посмотри что я сегодня принес! Вот! Это освежитель воздуха «Магнолия и цветущая вишня» с какой-то там 25-процентной скидкой! Ты представляешь?.. Это же почти что пятьсот миллилитров свежести! Я стащил его из офисного общественного туалета специально для тебя! Для нас! Ты только представь себе — в этот долгий зимний промозглый день я дарю тебе лето! Мы растворимся в этом трепетном аромате, и ты позабудешь невыносимый смрад прокуренной квартиры, ты возродишься, любимая! Магнолия и цветущая вишня… Я преподношу тебе букет!
Всякий раз я хочу открывать новый день, как только что усевшийся напротив меня в метро молодой человек открывает восьмой том Чехова — с интересом, с благоговением и с уважением к автору. Всякий раз я хочу благодарить своего Мастера за все смастеренные Им для меня штучки-дрючки… Ведь самое, пожалуй, интересное складывается именно из мелочей. А у меня куча штучек-дрючек — пожалте! А из мелочей сложить главное?.. А определить для себя свое главное не без помощи моего Мастера? А-а… У меня не складывается, ребята… Вот что хотишь — не складывается! Вот — честное пионерское! Я сижу вот тут, складываю и складываю в пику взрослеющему склерозу, наперекор капающим на темечко годам, и… Как там, бишь, их — называются эти маленькие кусочки?.. Ну, из которых складывают целое?.. Ах, пазлы! Пазлы — да! (Ох, уж эти,
Стою на промокшей вечерней автобусной остановке перед незначительной и недалекой поездкой… Мог ведь и не заметить! Не замечаю ведь лезущие в глаза предметы быта — не вижу! (Где у нас чайник?! Да вот он, во-от прямо! А я не вижу!) Мог ведь и не увидеть, но Создателю стало угодно — на тебе! — прямо возле остановки, рядом с громыхающими разбрызгивающими грязную сырость автомобилями на высунувшемся из земли корне дерева сидит голубок. Значит не жилец, коль скоро так равнодушно и спокойно сидит и не реагирует на шумную сцену промозглого вечера. Господи, ну зачем Ты мне подсовываешь такие картинки даже в преддверии незначительного пути?.. Что, нельзя, что ли, веселого клоуна или умопомрачительно красивую женщину посмотреть? Почему, ё-моё, обязательно это?! И, ё-моё, обязательно (в пику известному чайнику) прямо пальчиком эдак — во-от! И слышу ведь, слышу: ПОТОМУ ЧТО ЖИЗНЬ — КОРОТКАЯ И ДОВОЛЬНО СЛУЧАЙНАЯ ШТУКА! Спасибо, Создатель! Ты у меня как всегда — на высоте!
