— Поспешите! Поспешите! — распахивая дверь. — Надевайте шляпку сей момент — нельзя терять ни минуты, мы едем в Бристоль. Как делишки, госпожа Аллен?
— В Бристоль! Это ведь ужасно далеко? Но, впрочем, я не могу отправиться с вами, ибо уже дала слово; я с минуты на минуту ожидаю друзей.
Сей резон, разумеется, был рьяно отброшен, ибо резоном вовсе не являлся; в поддержку г-на Торпа призвана была г-жа Аллен, и двое других посетителей также вошли, дабы оказать содействие.
— Бесценнейшая моя Кэтрин, ужели не восхитительно? Мы божественно прокатимся. За сей план тебе надлежит благодарить меня и твоего брата; нас обоих осенило за завтраком — едва ли не в единый миг, клянусь тебе; мы бы отбыли два часа назад, не будь этого противного дождя. Но сие не важно, солнце еще высоко, и мы восхитительно развлечемся. Ах! Я в таком экстазе — только подумать, нас ждет покой и свежий воздух! Насколько сие приятнее похода в «Нижние залы». Мы поедем прямиком в Клифтон и там отобедаем; а сразу после обеда, если времени хватит, направимся в Кингзуэстон.
— Вряд ли мы все успеем, — заметил Морлэнд.
— Да вы просто брюзга! — вскричал Торп. — Мы успеем в десять раз больше. Кингзуэстон! Да-с, и еще замок Блэйз, и вообще все на свете; но сестра ваша заявляет нам, что не поедет.
— Замок Блэйз! — вскричала Кэтрин. — Что это?
— Роскошнейший замок в Англии — чтоб его увидеть, и полусотню миль проехать не жалко.
— Это что, взаправду замок, старый замок?
— Старейший в королевстве.
— Такой, как в книжках?
— В точности — до мелочей.
— Ну в самом деле — в нем есть башни, есть галереи?
— Да целые дюжины.
— В таком случае я хотела бы увидеть его; но я не могу — я не могу поехать.
— Не можешь поехать! Возлюбленное созданье, о чем ты говоришь?
— Я не могу поехать, потому что… — и она опустила глаза, страшась улыбки Изабеллы, — я жду юную госпожу Тилни и ее брата, мы уговорились прогуляться за городом. Они обещали прийти в двенадцать, только был дождь; однако теперь прояснилось, и, я думаю, они вот-вот придут.
— Ничего они не придут, — вскричал Торп. — Когда мы сворачивали на Броуд-стрит, я их видел — у братца ведь фаэтон с гнедыми?
— Я даже и не знаю.
— А я знаю — у него фаэтон с гнедыми; я его видел. Вы же о том человеке говорите, с кем плясали вчера?
— Да.
— Точно, я видел его, он как раз свернул на Лэнсдаун-роуд, вез благородного вида девицу.
— В самом деле?
— Да клянусь; тотчас его узнал, и у него, похоже, добрые животины.
— Как странно! Вероятно, они решили, что для прогулки чересчур слякотно.
— Вполне могли, ибо я в жизни такой слякоти не видал. Гулять! Да тут гулять возможно не более, чем летать! За всю зиму такой слякоти не бывало — куда ни глянь, грязи по щиколотку.
Изабелла сие подтвердила:
— Драгоценнейшая моя Кэтрин, ты даже вообразить не можешь, как грязно; пойдем, ты должна поехать с нами; теперь-то ты не можешь отказаться.
— Я бы с радостью посмотрела замок; только можно мы его осмотрим целиком? Каждую лестницу, каждый апартамент?
— Да-да, каждый уголок и закуток.
— Но что, если они выехали всего на час, пока не станет суше, и вскоре придут?
— Вы ничем не рискуете, не тревожьтесь: я слыхал, как Тилни окликнул человека, что верхом проезжал мимо, и сказал, что они направляются аж в Уик-Рокс.
— Тогда я поеду. Мне поехать, госпожа Аллен?
— Поступай, как тебе приятнее, моя дорогая.
— Госпожа Аллен, уговорите ее, — хором возопили все. Г-жа Аллен не осталась глуха.
— Что ж, дорогая моя, — молвила она, — тебе, по видимости, следует поехать.
И через две минуты они отбыли.
Чувства Кэтрин, коя забиралась в экипаж, пребывали охвачены крайней нерешительностью и разрывались меж сожаленьем об утрате одного великого удовольствия и надеждой на скорое обретенье другого, почти равного первому, хоть и лишенного подобья. Она не могла отмахнуться от мысли, что брат и сестра Тилни поступили с нею не слишком любезно, столь охотно отказавшись от уговора и не прислав записки с извиненьями. Со времени, когда они условились отправиться на прогулку, миновал всего час; и невзирая на все, что Кэтрин в протяженьи сего часа выслушала касательно непомерной грязи, собственные наблюденья подсказывали ей, что можно было бы прогуляться без особых затруднений. Весьма болезненно было сознавать, что Тилни ею пренебрегли. С другой же стороны, восторг, даруемый исследованьем замка, подобного Удольфо, каким фантазия уже нарисовала ей замок Блэйз, явился превосходным балансом, кой утешил бы ее почти в любом горе.
Они резво промчались по Палтни-стрит, а затем по Лораплейс, не обменявшись почти ни словом. Торп беседовал с жеребцом, а Кэтрин размышляла поочередно о нарушенных обещаньях и разрушенных арках, фаэтонах и фальшивых панно, Тилни и тайных ходах. При подъезде к Арджайл-билдингз, однако, голос спутника понудил ее очнуться:
— Кто эта девица, что так пристально взирала на вас, когда мы проезжали?
— Кто? Где?
— Справа на тротуаре — ее, должно быть, уже и невидно.
Кэтрин развернулась и узрела, что по улице, опираясь на руку брата, медленно шагает юная г-жа Тилни. Равно увидела Кэтрин, что брат и сестра смотрят на нее.
