— По-моему, Костя, процесс всасывания стал еще более интенсивным, да и «пьет» оно дольше обычного. Думаю, это потому, что оно выросло. Присмотрись-ка.
Теперь и я заметил, что оно явно увеличилось.
— Давай еще разок замерим. Где там мой «прецизионный инструмент»? Смотри-ка, двадцать шесть сантиметров два миллиметра. А что было вчера по записям?
— Максимальный результат двадцать пять и четыре, а минимальный — двадцать пять и один. Как ни крути, оно опять выросло.
Милочка взяла его в руки.
— Ого, потяжелело-то как! Попробуй, Костя.
Я осторожно взял его и «взвесил» на одной руке.
— Да, потяжелело изрядно. Когда я его нес из лесу, оно было много легче. Несомненно.
Мы помолчали, размышляя над удивительными фактами. Первой молчание нарушила Милочка.
— Костя, а что потом будет? Давай решим, что мы будем с ним делать. Я предлагаю отдать его ученым, пусть у них голова болит. Зачем нам оно?
— Что ты, Милочка, это же так интересно! Будем его регулярно «поить», пусть растет, пусть вылупляется птенец. Посмотрим, что это за птенец.
— А если не птенец, а динозавр, крокодил или вообще какой-нибудь монстр, который нас пожрет?
— Брось ты, Милочка! Откуда тут монстры? И крокодилы с динозаврами.
— А птицы, несущие такие огромные яйца, которые еще и «пьют воду», и растут такими темпами — откуда? Что-то здесь не то, Костя! Бог его святой знает, что оно потом может выкинуть! Давай отдадим его в Институт Орнитологии и Птицеводства. Там, кстати, моя одноклассница Ирка работает, кандидат наук, докторскую пишет. Через нее все и сделаем. А вдруг мы скрываем от науки какое-то великое открытие? Сам процесс развития зародыша уже проходит мимо ученых. Во всяком случае, начало его уже прошло. Давай позвоним Ирине.
— Ни в коем случае! Что может быть особенного в развитии? Как изменяются его размеры, мы замеряем, можно сказать, регулярно. Будем теперь взвешивать каждый день и записывать. А когда вылупится птенец, передадим его вместе с записями твоей Ирине. Пусть его потом исследуют, если в этом будет необходимость. А мы с тобой научную статью напишем на тему развития яйца нового в наших краях вида птицы, или что-то в этом роде. Принимается?
— Да зачем тебе эта статья?
— Как?! Я же тоже научный сотрудник, тоже кандидат наук, и мне нужны статьи.
— Но ты же технарь, а не биолог! Эта статья тебе веса не прибавит.
— Ошибаешься, сейчас ценятся ученые, работающие в других областях науки, далеких от основного профиля. Кто знает, может быть, это действительно великое открытие, а мы с тобой — великие первооткрыватели?
— Ты все шутишь, а это, возможно, дело вовсе не шуточное. Давай хотя бы позвоним Ирине и узнаем, какие птицы могут нести яйца, пьющие воду и вот так растущие.
— Ладно, звони, но сути не раскрывай.
Милочка полистала свой рабочий блокнот и, наконец, нашла Иринин номер.
— Алло! Надежда Фоминична, это Вы? Здравствуйте. Узнали? Вот это да! Извините, я тороплюсь. Мне Ира нужна. Да? Она что, по субботам работает? А телефончик не скажете? Спасибо. Сейчас, записываю. Готово. У Вас как, все в порядке? Все живы-здоровы? Ира опять развелась? Опять ревнивец? Везет ей на них — третий уже. Как я ей сочувствую! Я бы от такого на другой день сбежала. Внучка как? Уже правнучка родилась? Поздравляю! Пусть растет здоровенькая! Ну, хорошо. Привет всем Вашим. До свидания.
Она положила трубку и задумалась, глядя в блокнот.
— Представляешь, Костя, у нее уже третий муж патологическим ревнивцем оказался. Какой ужас! Бедная!
— А моя покойная бабушка сказала бы сейчас: «Как б…, так и муж ревнивый». И правда, почему так всегда получается?
— Костя, не шути так! Это ужасно, когда…
— А я и не шучу, я с бабушкой вполне согласен.
Но Милочка уже не слушала и набирала рабочий номер Ирины.
— Алло! Институт? Здравствуйте! Ирину Петровну, будьте добры. Две? Извините, но я знаю только ее девичью фамилию. Она старший научный. Аксюк? Пригласите ее, пожалуйста.
— Ирина Петровна? Здравствуй, Ирочка! Это твоя одноклассница, Мила Воловченко, помнишь такую? Ну, прости, Белаш, давно уже Белаш и умру таковой! Я понимаю, Ирочка, а я как раз по делу, по орнитологии у меня вопрос. Существуют ли птицы, которые несут яйца, растущие в процессе насиживания?
— Ну, один мой знакомый в литературе вычитал, будто бы есть. И вполне серьезно это утверждает. Нет, когда вся скорлупа увеличивается пропорционально. Нет, очень заметно — каждые сутки на несколько миллиметров в диаметре. А пресмыкающиеся или какие-либо другие яйцекладущие? Даже ваш доктор наук, говоришь, не знает? Ну, тогда точно нет. Спасибо. Нет, в каком-то журнале для широкого круга, так сказать. Не спросила, просто спор у нас вчера вышел.
Милочка изменилась в лице.
— А ты уже знаешь? Откуда? Понятно. Так уж «карта легла», ничего не поделаешь. Благодарю за консультацию. Всего доброго.
Она положила трубку и посмотрела на меня взглядом великомученицы.
— Ну, вот! Началось… Коренцовы уже разнесли. Я же говорила, что начнутся суды-пересуды.
— Это что, насчет нас, что ли? Да Бог с нею, дурочкой!
