Среди Альбиона туманных холмов,В долине, тиши обреченной,В наследственном замке, под тенью дубов,Певец возрастал вдохновенный.И царская кровь в вдохновенном текла,[69]И золота много судьбина дала;Но юноша, гордый, прелестный,Высокого сана светлее душой,Казну его знают вдова с сиротой,И звон его арфы чудесный.И в бурных порывах всех чувств молодыхВсегда вольнолюбье дышало,И острое пламя страстей роковыхВ душе горделивой пылало.Встревожен дух юный; без горя печальЗа призраком тайным влечет его вдаль —И волны под ним зашумели!Он арфу хватает дрожащей рукой,Он жмет ее к сердцу с угрюмой тоской, —Таинственно струны звенели.Скитался он долго в восточных краяхИ чудную славил природу;Под радостным небом в душистых лесахОн пел угнетенным свободу;Страданий любви исступленной певец,Он высказал сердцу все тайны сердец,Все буйных страстей упоенья;То радугой блещет, то в мраке ночномСзывает он тени волшебным жезлом —И грозно-прелестны виденья.И время задумчиво в песнях текло;И дивные песни венчалиЛучами бессмертья младое чело, —Но мрака с лица не согнали.Уныло он смотрит на свет и людей;Он бурно жизнь отжил весною своей,Надеждам он верить страшится;Дум тяжких, глубоких в нем видны черты;Кипучая бездна огня и мечты,Душа его с горем дружится.Но розы нежнее, свежее лилейМальвины красы молодые,Пленительны взоры сапфирных очейИ кудри ее золотые;Певец, изумленный, к ней сердцем летит,Любви непорочной звезда им горит, —Увядшей расцвел он душою;Но злоба шипела, дышала бедой, —И мгла, как ужасный покров гробовой,Простерлась над юной четою.Так светлые воды, красуясь, текутИ ясность небес отражают;Но, встретя каменья, мутятся, ревутИ шумно свой ток разделяют.Певец раздражился, но мстить не хотел,На рок непреклонный с презреньем смотрел;Но в горести дикой, надменнойИ в бешенстве страсти, в безумьи любвиМученьем, отрадой ему на земли —Лишь образ ее незабвенный!И снова он мчится по грозным волнам;Он бросил магнит путеводный,С убитой душой по лесам, по горамСкитаясь, как странник безродный.Он смотрит, он внемлет, как вихри свистят,Как молнии вьются, как громы гремятИ с гулом в горах умирают.О вихри! о громы! скажите вы мне:В какой же высокой, безвестной странеДушевные бури стихают?С полночной луною беседует он,Минувшее горестно будит;Желаньем взволнован, тоской угнетен,Клянет, и прощает, и любит.«Безумцы искали меня погубить,Все мысли, все чувства мои очернить;Надежду, любовь отравили,И ту, кто была мне небесной мечтой,И радостью сердца, и жизни душой, —Неправдой со мной разлучили.И дочь не играла на сердце родном!И очи ее лишь узрели...О, спи за морями, спи ангельским сномВ далекой твоей колыбели!Сердитые волны меж нами ревут, —Но стан и молитвы отца донесут...Свершится!.. Из ранней могилыМой пепел поднимет свой глас неземной,И с вечной любовью над ней, над тобойПромчится мой призрак унылый!»Страдалец, утешься! — быть может, в туКак грозная буря шумела,Над той колыбелью, где спит твоя дочь,Мальвина в раздумье сидела;Быть может, лампады при бледных лучах,Знакомого образа в милых чертахИскала с тоскою мятежной, —И, сходство заметя любимое в ней,Мальвина, вздыхая, младенца нежнейПрижала к груди белоснежной!Но брань за свободу, за веру, за честьВ Элладе его пламенеет,И слава воскресла, и вспыхнула месть, —Кровавое зарево рдеет.Он первый на звуки свободных мечейС казною, и ратью, и арфой своейЛетит довершать избавленье;Он там, он поддержит (в борьбе роковойВеликое дело великой душой —Святое Эллады спасенье.И меч обнажился, и арфа звучит,Пророчица дивной свободы;И пламень священный ярчее горит,Дружнее разят воеводы.О край песнопенья и доблестных дел,Мужей несравненных заветный предел —Эллада! Он в час твой кровавыйСливает свой жребий с твоею судьбой!Сияющий гений горит над тобойЗвездой возрожденья и славы.Он там!.. он спасает!.. и смерть над певцом!И в блеске увянет цвет юный!И дел он прекрасных не будет творцом,И смолкли чудесные струны!И плач на Востоке... и весть пронеслась,Что даже в последний таинственный часСтрадальцу былое мечталось:Что будто он видит родную страну,И сердце искало и дочь и жену, —И в небе с земным не рассталось!Между маем и июлем 1824
