Решилась, Хлоя, ты со мною удалитьсяИ в мирну хижину навек переселиться.Веселий шумных мы забудем дым пустой:Он скуку завсегда ведет лишь за собой.За счастьем мы бежим, но редко достигаем,Бежим за ним вослед — и в пропасть упадаем!Как путник, огнь в лесу когда блудящий зрит,Стремится к оному, но призрак прочь бежит,В болота вязкие его он завлекаетИ в страшной тишине в пустыне исчезает, —Таков и человек! Куда ни бросим взгляд,Узрим тотчас, что он и в счастии не рад.Довольны все умом, фортуною — нимало.Что нравилось сперва, теперь то скучно стало;То денег, то чинов, то славы он желает,Но славы посреди и денег он — зевает!Из хижины своей брось, Хлоя, взгляд на свет:Четыре бьет часа — и кончился обед:Из дому своего Глицера поспешает,Чтоб ехать — а куда? — беспечная не знает.Карета подана, и лошади уж мчат.«Постой!» — она кричит, и лошади стоят.К Лаисе входит в дом, Лаису обнимает,Садится, говорит о модах — и зевает;О времени потом, о карточной игре,О лентах, о пере, о платье и дворе.Окончив разговор, который истощился,От скуки уж поет. Глупонов тут явился,Надутый, как павлин, с пустою головой,Глядится в зеркало и шаркает ногой.Вдруг входит Брумербас; всё в зале замолкает.Вступает в разговор и голос возвышает:«Париж я верно б взял, — кричит из всех он сил, —И Амстердам потом, гишпанцев бы разбил…»Тут вспыхнет, как огонь, затопает ногами,Пойдет по комнате широкими шагами;Вообразит себе, что неприятель тут,Что режут, что палят, кричат «ура!» и жгут.Заплюет всем глаза герой наш плодовитый,Но вдруг смиряется и бросит взгляд сердитый;Начнет рассказывать, как турка задавил,Как роту целую янычаров убил,Турчанки нежные в него как все влюблялись,Как турки в полону от злости запыхались,И битые часа он три проговорит!..Никто не слушает, а он кричит, кричит!Но в зале разговор тут общим становится,Всяк хочет говорить и хочет отличиться,Какой ужасный шум! Нельзя ничто понять,Нельзя и клевету от правды различать.Но вдруг прервали крик и вдруг все замолчали,Ни слова не слыхать! Немыми будто стали.Придите, карты, к нам: все спят уже без вас!Без карт покажется за век один и час.К зеленому столу все гости прибегаютИ жадность к золоту весельем прикрывают.Окончили игру и к ужину спешат,Смеются за столом, с соседом говорят:И бедный человек живее становится,За пищей, кажется, он вновь переродится.Какой я слышу здесь чуднейший разговор!Какие глупости! какая ложь и вздор!Педант бранит войну и вместе мир ругает,Сердечкин тут стихи любовные читает,Тут старые Бурун нам новости твердит,А здесь уже Глупон от скуки чуть не спит!И так-то, Хлоя, век свой люди провождают,И так-то целый день в бездействии теряют,День долгий, тягостный ленивому глупцу,Но краткий, напротив, полезный мудрецу.Сокроемся, мой друг, и навсегда простимсяС людьми и с городом: в деревне поселимся,Под мирной кровлею дни будем провождать:Как сладко тишину по буре нам вкушать!
