А ночь глядит в растворенную дверь,
Вся трепеща и прислонясь к веранде…
Как девушка взволнованна теперь!
Как дышит ночь душисто в душу Ванде!
Мотив живет… И если б вечный зверь
Его услышал, если б зверской банде
Он прозвучал – растроганное зло,
Хотя б на миг, любовью мысль зажгло.
О, чаровница-музыка, тебе
Крылю восторг, пылаю фимиамы!
О власти мысль внушаешь ты рабе,
Ребенка устремляешь к сердцу мамы,
Туманишь зло, зовешь любовь к себе
И браку душ поешь эпиталамы.
Тебе дано пороки побороть,
Гармония, души моей Господь…
Владетель умирал. Льстецов придворных стая
Ждала его конца, сдувая с горностая
Одежды короля пылинки, между тем
Как втайне думала: “когда ж ты будешь нем?”
Их нетерпение заметно королю,
И он сказал, съев ломтик апельсина:
– О, верные рабы! Для вас обижу сына:
Я вам отдам престол, я сердце к вам крылю!-
И только он умолк, – в разнузданности дикой
Взревели голоса, сверкнули палаши.
И вскоре не было у ложа ни души,-
Лишь двадцать мертвых тел лежало пред владыкой.
Ваши милые мелодии,
Где воспели вы наш сад,
Как волшебные рапсодии -
Души многих вдохновят.
Так любовна и так красочна,
Друг мой, ваша акварель;
Целомудренна и сказочна,
Как на севере апрель.
Если снова на свободе я
Заберусь в мой старый сад,
Приезжайте, – и мелодии
Ваши снова зазвучат!
1908
Ты шел дорогою проезжей,
И был твой шаг трудолюбив,
А я парил в лазури вешней,
Весь мир в осколки раздробив!
Ты робко пел и робко шел ты,
Боясь прохожих обогнать…
Лист зеленел, потом стал желтый,-
Зазеленеет ли? – Как знать!
Ты изменил Луне и Нимфе,
Изменой поругав сердца…
Но пусть шалаш твой на Олимпе -
Напротив моего дворца!
1910
Я родился в мае, месяце весеннем,
Звонком и веселом,
Шумном и душистом,
И сказали роды: “Мы тебя оденем
Светлым ореолом -
Как молитвы, чистым”.
Улыбнулось солнце, солнце засверкало,
Ласковым приветом
Чествуя рожденье;
Солнце загорелось, запылало ало
И зажгло поэтом
С искрой вдохновенья!
Разодет цветами с детской колыбели,
Я запе соловкой
Радостно и звонко,
Запечатлевая мир, где все скорбели,
Юною головкой
И душой ребенка.
Время шло, и солнце потускнело в тучах,
Лаской не блестело,
Злоба песнь косила;
Опадали розы при ветрах летучих,
Истомилось тело,
Притупилась сила.
Время шло… И радость дней моих весенних
Растопилась в слезах,
Сердцу не внимая!
И теперь я плачу, плачу на коленях
О погибших грезах,
Об измене мая!
В детстве слышал я ночами
Звуки странного мотива.
Инструмент, мне неизвестный,
Издавал их так красиво.
Кто играл? на чем? – не знаю;
Все покрыто тайной мглою;
Только помню, что те звуки
Власть имели надо мною.
Их мотив был так чарующ,
Так возвышен, полон ласок;
Вместе с тем печален, страшен -
Описать его нет красок.
Я боялся этих звуков,
Их таинственного свойства,
Но когда я их не слышал,
Я был полон беспокойства.
Я любил, когда незримый
Музыкант играл ночами;
Я лежал в оцепененьи
С удивленными очами;
Я лежал в своей кроватке,
Щуря глазки, и, дыханье
Затаив, ловил так жадно
Их гармонию рыданья.
Звуков больше я не слышу.
Что они мне предвещали?
Счастье ль в мире равнодушья
Или горе и печали?
Не нашел себе я счастья,-
Звуки горе мне напели:
Я боялся их недаром
С безмятежной колыбели.
А любил я их, мне мнится,
Потому, что эти звуки
Мне сулили счастье в смерти,
На земле напев лишь муки.
Знает кто? быть может, струны
Пели мне слова Завета:
“Кто страдает в царстве мрака,
Насладится в царстве света”.
Струи лунные,
Среброструнные,
Поэтичные,
Грустно-нежные,-
Словно сказка, вы
Льетесь, ласковы,
Мелодичные,
Безмятежные.
Бледно-палевы
Вдруг упали вы
С неба синего;
Льетесь струями
Со святынь его
Поцелуями,
Скорбь сияния…
Свет страдания…
Лейтесь, вечные,
Бесприютные -
Как сердечные
Слезы жаркие!..
Вы, бескровные,
Лейтесь, ровные,-
Счастьем мутные,
Горем яркие.
Как эта грустная обитель,
Твое сердечко опустело.
Любовь, как ясный небожитель,
В нем больше жить не захотела.
И вот глаза твои тоскливы,
Как эта грустная обитель.
Они угрюмы и пугливы,
Когда увидят белый китель.
Я понимаю: обольститель
убил любовь в тебе изменой,
Как эта грустная обитель,
Вступая в бой с морскою пеной.
Дитя, взгляни: волна обратно
Бежит покорно. Так Спаситель
Тебя хранит, – ты благодарна,
Как эта грустная обитель.
С новолетьем мира-горя -
С новым горем впереди!
Ах, ни счастья, ни отрады,
Ни сочувствия не жди!
Проследи печальным оком
Миновавшие года:
Не дождался от них счастья,-
Не дождешься никогда.
А с какою ты надеждой
Им судьбу свою вверял,
Верил в сбыточность мечтаний
И надеялся, и ждал.
Не ищи в унылой тундре
Ароматных ярких роз,-
Не ищи любви и счастья
В мире муки, в мире слез.
Не дождался – не дождешься,
Боль была и есть в груди…
