Мой конь, крылатый конь, в густой тени дремал.Движением хвоста порой он задевалТраву. И острием моей блестящей пикиЕго коснулся я, и конь поднялся дикий,И повернувшись на восток – заржал.И на него верхом вскочил я и сказал:Идем, уже заря, и час рассвета близок!Я знаю шум дорог и тишину тропинок,Где камни катятся иль стелется трава.Идем, нас ждут леса и моря синева,И тот фонтан, где пить мы будем в час заката,И сказочный дворец, где в стойлах из агатаХрустящий, золотой тебе готовят корм…– И мы отправились, Пегас! Но с этих пор,Горя в часы зари и к ночи потухая,Мы остановлены дверьми, что не сломаютУдары мощные божественных копыт.Засовов и замков резных не сокрушитУдар моей руки и пики, и напрасно,От шеи до колен омытый пеной красной,Ты бьешься об утес преграды роковой,И от рассветных зорь до темноты ночнойВздымаешь в бешенстве мучительных усилийТо мрак, то золото своих разбитых крылий!
След жизни
Моей жене
48. Долг моего детства
Двоился лебедь ангелом в пруду.Цвела сирень. Цвела неповторимо!И вековыми липами хранимаИграла музыка в саду.И Лицеист на бронзовой скамье.Фуражку сняв, в расстегнутом мундире.Ей улыбался, и казалось: в миреУютно, как в аксаковской семье.Все это позади. Заветный домЧернеет грудой кирпича и сажи,И Город муз навек обезображенАртиллерийским залпом и стыдом.Была пора: в преддверьи нищетыТебя земля улыбкою встречала.Верни же нынче долг свой запоздалыйИ, хоть и трудно, улыбнись ей – ты.1949
49. Моя рука
Моя рука – день ото дня старей.Ее удел с душою одинаков.Немногое еще под силу ей:Стакан наполнить, приласкать собаку,Сиреневую ветвь ко мне нагнуть(Ее сломать ей было б тоже трудно),Да записать стихи, да изумруднойСтуденой влаги с лодки зачерпнуть.И это все. Но в скудости такой,Овеянной вечернею прохладой,Есть вечности целительный покой.Есть чистота… – и лучшего не надо!И хорошо, что силы больше нетУ встречной девушки украсть объятье.Степному зайцу выстрелить вослед.Солгать товарищу в рукопожатьи;Что нетерпенье юности моейСменила мудрость осторожной дрожи…Пусть ты слаба и с каждым днем слабей.Моя рука, – ты мне такой дороже!Вот на тебя смотрю я без стыда,Без горечи… и радуюсь невольно,Что ты уже не можешь сделать больноОтныне никому и никогда.1947