Мы все так делали. Мы всякий дар землиНетерпеливо отвергали.Мы лучших девушек не сбереглиИ лучших писем не послали.Мы перепробовали всех отрав,А горный ключ был скрыт от взора.Самих себя беспечно обокравМы так и не узнали вора.Пусть он сейчас стоит передо мной —Что пользы в этой поздней встрече?Что с утра спрашивать, когда давноКругом непоправимый вечер!1956<p>212</p>Встретились, как с многими встречались —В тусклый день и равнодушный час,И сперва еще не разобрались:Началась любовь, не началась?Но уже, как если бы в поруку,Ты тогда мне руку отдала,Милую, встревоженную руку.Ту, что никогда не солгала.Задержалась только на мгновенье,На почти неуловимый срок,Так что смысл того прикосновеньяРазгадать я лишь сегодня смог.…Надо в мыслях чаще возвращатьсяК отгоревшим, отшумевшим дням,И в золе их мы найдем богатства,Что в огне не просияли нам.1958<p>213</p>В талом небе такие мокрые.Акварельные облака.…Мог ли я сомневаться, мог ли яНе поверить, что ты близка,Если так хорошо и веселоТы умела ко мне прильнуть,Медный крестик с моей повесилаНа свою золотую грудь?…В мутном небе такие влажные,Акварельные облака.…Важно ли, что была ты, важно ли,Что слабела в моих руках,Если вот вспоминаю редко яИ так нехотя о тебе,Если ты раскаленной меткоюНе осталась в моей судьбе?…В бледном небе совсем туманные,Акварельные облака.Почему меж других – не страшно ли? —Эта путается строка?Или ею напоминается,Что все лучшее навсегдаРазлетается, расплетается,Растворяется без следа.1958<p>214</p>Нас было двое. Женщина былаВеселой, молодой и рыжеватой.Умела лгать и изменять могла.Не быв притом ни разу виноватой.Теперь она… – но нет, мне легче с нейНа «ты»! – теперь ты все уже забыла:Как целовала с каждым днем скучней,Как мучила меня и как убила.Нет, не сама, конечно! Кто теперьСам убивает? Я отлично помню,Как ты на выстрел распахнула дверьИ кинулась ко мне, и как легко мнеВнезапно стало: я в твоих глазахПрочел все то, во что уже не верил —Недоумение, и боль, и страх,И чувство горькой все-таки потери.…О, если бы из тишины моей,Из моего прекрасного свершеньяВернуться снова в ужас этих дней,Изведать снова все твое презренье,Всю ложь прикосновенья твоегоИ как последнюю земную милостьСпустить курок – все только для того,Чтоб ты опять вот так ко мне склонилась.1956<p>215</p>
