Жизнь наша есть духовная военная служба — брань. С кем же? С невидимыми духами злобы. Кто воздвигает оные смуты? Враги живота нашего — бесы, стараясь восхитить от нас венцы подвигов за терпение, которые бы мы могли получить, принимая досады, оскорбления, унижения, укоризны, презрения и прочее, и через сие смягчилось бы наше жестокое сердце и истребились страсти: самолюбия, славолюбия, сластолюбия и сребролюбия, от которых и все страсти принимают силу и действуют.
Ваше Преподобие! Боголюбивейший Отец Моисей!
Приятнейшие ваши строки, при казенном пакете приложенные, и самое доставление онаго было для нас новым свидетельством той христианской любви и того искреннего и прямодушного благорасположения, под покровом которых мы жили в вашей Богоспасаемой обители. Не нужно в пространных словах изъяснять пред Вами нашу благодарность; ваше собственное сердце может вас уверить гораздо лучше всяких слов. При помощи ваших молитв окончили мы наше путешествие благополучно, больный с Троицкой Лавры стал ходить, а на место приехал почти здоровым. Просим покорнейше засвидетельствовать наше искреннейшее почтение о. Антонию и благодарность за его любовь. Сделайте одолжение, скажите наш усерднейший поклон скитским о. Леониду и о. Гавриилу, — также много пособлявшему нам с вашего благословения в келейных потребностях, о. Митрофану.
И наконец, — препоручая себя вашим молитвам и желая вам всех благ, с сердечною преданностию и почтением, честь имеем пребыть Вашими покорнейшими слугами
Ваше Преподобие! Почтеннейший Отец Моисей!
Странствующий брат Демутье сказывал мне от Вас поклон. Весьма Вас благодарю и весьма рад, что как Вы, так и прочие старцы благополучны и здоровы.
Вам известно, что живущий в Оптинском Ските рясофорный Монах Иоанн единственно ради меня у вас остался, что имел я к нему особенную любовь, равно и он ко мне. И потому прошу Вас убедительно отпустить чадо мое ко мне, отпустите его с миром!
Я в совершенной уверенности, что если вы его, вкупе со старцем его, ко мне отпустите, то он, будучи питомец послушания, яко на крыльях ко мне полетит и прибытием своим крайне меня утешит. Может быть, я могу быть в чем-либо для Вас полезен, то за ваше одолжение постараюсь послужить со всяким усердием.
О. Антонию, братцу Вашему, мой усердный поклон, и в знак памяти прошу принять по сей же почте посылаемую печать, равно как и я имею от него финифтяный образок. Пожелав вам всех благ и прося святых молитв, имею честь быть Ваш покорный слуга и Богомолец.
Ваше Преподобие!
Почтеннейший Отец Строитель Моисей!
Письмо Ваше имел я честь получить. Сколько могу, готов стараться. Но необходимо, чтобы Калужская Казенная Палата дала с своей стороны решительное направление сему делу. Почему усугубте со стороны Вашей старания в сем присутственном месте. Я весьма утешился прибытием Отца Иоанникия; весьма бы желалось побывать и в Оптине и утешиться лицезрением всех старых моих знакомых, — но доселе никак невозможно было — посмотрим, что впредь Господь устроит.
Желая Вам доброго здоровья и всех благ, прося Святых молитв, как Ваших, так и всего о Господе братства, имею честь быть Ваш покорнейший слуга
Ваше Высокопреподобие!
Достопочтеннейший Отец Игумен Моисей!
Не знаю, как довольно возблагодарить Вас за увольнение о. Иосифа, который прибыл ко мне третьяго дни вечером и о себе будет писать к Вам собственною рукою. Демид, бывши в Петербурге, просил ходатайства Княгини Салтыковой, одной из первых здешних дам дворских, пред министром Государственных имуществ о наделении Оптиной Пустыни землею и лесом. Ответ Г<-на> Министра, последовавший Княгине, доставлен ею мне; а я препровождаю оный к Вам. Из ответа сего видно, что Палата Калужская не имеет к Вашей обители должного благорасположения, которое если б Вы стяжали, то Обитель Ваша была бы с лесом и землею. Если одно упущено, то Вы еще можете отвратить упущение другого, приобретши расположение к себе Палаты, как Иаков приобрел расположение Исаака. Известный Вам иеромонах Евангел, желавший попасть в Лавру, но не попавший, просит теперь, чтоб я его уволил в Оптину Пустыню. Находя сие последнее желание более подходящим к его нравственности, я соглашаюсь уволить из своей обители. Но если он и будет уволен, то едва ли Москва не соблазнит его.
Прося Ваших Святых молитв, с искреннейшею преданностию и почтением, имею честь быть Ваш покорнейший слуга и сомолитвенник
Ваше Высокопреподобие,
Достопочтеннейший Отец Архимандрит Моисей!
