Оказалось, что в доме хватает подобных мелких недоделок. Ломакс нашел инструменты в подвале и с их помощью выровнял дверь чулана, заменил розетку и поменял местами картины.
Это позволило ему рассмотреть дом и что-то понять про семью Джулии - семью, которой больше не существовало, - пока он рассматривал покрывала, картины и сувениры на комоде. Впрочем, нет, на комоде никаких сувениров не было.
Подвал оказался единственным местом, которое сохраняло черты индивидуальности. Воздух там застыл в хрупком равновесии редко посещаемого помещения. Ломакс вошел, и ему почудилось, что запахи дерева и лака внезапно ожили. Кто-то с любовью развесил на стене инструменты. Все они располагались под углом в тридцать градусов, по размерам - от меньшего к большему, слева направо, на одинаковых гвоздях. Когда-то за инструментами хорошо ухаживали, но сейчас они были покрыты пылью. Ломакса восхитили стены подвала: рисунки на стенах имитировали пещерную живопись.
Внизу под инструментами в аккуратных деревянных гнездах располагались гвозди и гайки. Ящик с гвоздями был самодельным, с надписью "Гейл" на нижней части, вырезанной очень аккуратно, совсем не в духе граффити.
Верстак тянулся во всю длину стены и был здорово изрезан за годы трудов по изготовлению различных домашних безделушек. Эти отметины, пересекающие доски под разными углами, были единственными следами беспорядка. Даже ветошь лежала в пакете, на котором так и было написано "Грязные тряпки". Ломакс с теплотой подумал о муже Джулии.
Остальная часть подвала пряталась во мраке, в углах громоздились коробки. Возможно, после несчастья Джулия собрала вещи и принесла их сюда. Все следы жизни семьи: ее кора, патина, все реликвии, связанные с личностями умерших, - исчезли из дома. Вероятно, все эти вещи и находятся в коробках.
Когда Ломакс закончил домашние дела, он был весь в пыли и грязи. Джулия велела ему посидеть в гостиной, а сама отправилась за напитком для гостя.
Эта комната как две капли воды походила на все остальные. Сквозь большие старые окна проникали солнечные лучи. Стены были окрашены в пастельные тона, которые у Ломакса уже ассоциировались с Джулией. Пространство гостиной заполняли предметы искусства, вазы и скульптуры. Ломакс бродил вокруг, остро ощущая, как запачкана его одежда, и опасаясь присесть в одно из кресел кремового цвета.
На книжной полке стояла свадебная фотография Джулии. Ломакс внимательно рассмотрел ее. Ему хотелось разузнать о Джулии все. Она рассказывала о своем детстве и о работе в лаборатории, но никогда - о призраках с фотографии. То, что она предпочитала не вспоминать о трагедии, лишь отдаляло их друг от друга.
Ломакс не сразу осознал, что муж Джулии был гораздо старше ее. Он услышал голос и быстро поставил рамку на место.
— Я должна вам кое в чем признаться, - заявила Джулия. - Видимо, вы уже заметили, что едой в этом доме и не пахнет?
Ломакс заметил, однако постарался изобразить безразличие.
— Я все купила для китайского салата из курицы - не забыла о хрустящей китайской лапше, луке порее и обжаренном миндале…
— Однако вы забыли?..
— Курицу.
Она озабоченно закусила губу.
Ломакс улыбнулся.
— Так давайте сделаем китайский салат без курицы.
— Нет, нельзя сделать китайский куриный салат без курицы.
Ломаксу не хотелось ужинать в городе. Он надеялся провести остаток вечера в ее доме, в окружении картин и книжных полок, надеялся собрать информацию о Джулии по ее туфелькам, брошенным на ковре, или заметкам, нацарапанным в кухонном ежедневнике. Ему захотелось поиграть в детектива.
— Итак, что мы имеем?
— Салат из множества ингредиентов. И лапшу… Надеюсь, лапшу-то вы любите?
— М-м-м… лапшу… А может, у вае найдется банка тунца?
— Посмотрю…
Ломакс проследовал за хозяйкой на кухню.
— Если у вас есть тунец, то мы сделаем острый салат из тунца. И лапшу. Проще простого.
Джулия подала Ломаксу нужные ингредиенты и теперь смотрела, как он открывает дверки и ящики в поисках остального.
— На самом деле готовить я люблю. Просто теперь, когда я постоянно на работе, не остается времени, - объяснила она.
— Скоро привыкнете. Вам нужно запастись продуктами.
Ломакс смешивал ингредиенты, надеясь, что со стороны выглядит заправским кулинаром.
— Мой муж никогда не готовил, - сказала Джулия.
— Вероятно, он все время проводил в мастерской. - Ломакс протянул Джулии банку с тунцом.
— Что вы, он никогда не спускался в подвал.
— А, значит, мастерская ваша? Это там вы научились работать по дереву?
Ломакс оживился. Теперь ему стало проще задавать вопросы, которые так интересовали его, с отвлеченным, равнодушным видом.
— Это была мастерская мистера Вейнхарта. Когда-то он при-сматривал за домом и двором и за соседними участками тоже.
Муж Джулии по-прежнему оставался загадкой. Оказывается, Ломакс испытал теплое чувство там, в мастерской, к мистеру Вейнхарту, своего рода сторожу.
— А кто такая Гейл?
— Гейл?
— Это имя вырезано на ящике с гвоздями.
— А вы неплохо тут осмотрелись.
Ломакс залился краской.
Однако голос Джулии потеплел.
