Газеты шумели по поводу убийства, однако в статьях содержалось мало фактов. Детективы заявляли, что из квартиры ничего не похищено. Они подтверждали, что убийство выглядит немотивированным. Одни и те же фотографии Льюиса и Гейл повторялись по нескольку раз. На лице Льюиса играла профес-сиональная улыбка, Гейл казалась юной и застенчивой. Высказывания коллег и учителей. Одна из газет выяснила, что Джулию (здесь же помещалось ее фото) допросила полиция. Прочие газеты цитировали слова Джулии о том, что она потрясена и в отчаянии. Миссис Кливер быстро листала на экране газеты.
Так как ничего нового, связанного с убийством, не происходило, газеты быстро утратили к нему интерес. Это убийство привлекло к себе внимание газетчиков только потому, что убиты были люди известные и богатые. Ежедневные убийства на семейной почве, происходившие в южной части города, обычно удостаивались максимум газетного абзаца.
Одно издание публиковало комментарии медиумов и ясновидящих. Другое поместило заметку о Джулии, вернее, подборку фотографий. Даже при сильном увеличении Джулия выглядела прекрасно.
— Она действительно хорошенькая, - сказала миссис Кливер. - Это и есть та ваша знакомая?
Ломакс понимал, что по его лицу можно прочесть всю правду об истинном характере их дружбы.
— Да… она пришла на работу в обсерваторию.
— И вы влюбились, так?
Ломаксу не удалось избежать ее взгляда. Миссис Кливер ух-мыльнулась, оскалив коричневые зубы.
— И что же, - спросила она, - думает об этом бывшая миссис Ломакс?
— Она еще не знает.
— Вы ей скажете?
— Упомяну, наверное.
— Все так серьезно? Не забывайте, что случилось с бывшим мужем этой женщины, - шутливо добавила миссис Кливер.
Ломаксу пришло в голову, что, возможно, Кэндис не слишком ошибалась в миссис Кливер.
Этим вечером Хелен, Джоэл и пес остались ночевать у Ломакса. Дети толком не могли рассказать, где они останавливались в Европе и что видели. Они, как обычно, бродили по дому, проверяя, все ли на своих местах, и выражая неудовольствие по поводу любых изменений.
После ужина они изучали карту - готовились в пеший поход в ближайшие выходные, непременно с рюкзаками, палаткой и спальными мешками. Они разожгут костер и приготовят на нем еду. Все будет замечательно, обещал Ломакс. Дети улыбались. Ломаксу показалось, что ради него дети только делают вид, что идея похода увлекает их, и впервые с негодованием подумал о Роберте и их дорогом европейском путешествии.
На следующий день Ломакс отправился в офис Кэндис.
— У меня появилась подружка, - сообщил он.
— Здорово, - напряженно ответила Кэндис.
Она не смотрела на Ломакса, перебирая кипу каких-то анкет.
Кэндис всегда так вела себя в офисе. Когда Ломакс еще был ее мужем, именно первый визит в офис Кэндис заставил его усомниться в будущем их брака. Люди, в основном женщины, приходили сюда для того, чтобы сделать массаж с ароматическими маслами, наложить на лицо лечебные серые грязи из Австрии и пройти прочие косметические процедуры. Они звонили у двери, и женщина в белом халате, похожая на доктора, приглашала их войти. Даже название "Клиника" должно было внушить клиентам мысль о том, что визит сюда - не прихоть, а медицинская необходимость. Все поверхности в офисе были белого цвета.
Много лет назад Кэндис сказала Ломаксу, что он выглядит так, словно проскользнул сюда через заднюю дверь. Она считала, что его вид может повредить бизнесу, и старалась как можно скорее выпроводить Ломакса из офиса.
— Да, - согласился Ломакс, - здорово.
Кэндис повернулась к нему спиной, обратившись к монитору.
— Сколько ей лет? - спросила она, не сводя глаз с экрана.
— Около двадцати пяти, возможно, меньше.
В долгом молчании Кэндис явно сквозило неодобрение.
Ломакс неторопливо добавил:
— Меня беспокоит, что ее могут арестовать по обвинению в двойном убийстве.
Слова эти произвели желаемый эффект. Кэндис развернулась, оперлась руками на стол и безмолвно уставилась на Ломакса. Он был удовлетворен. Не часто ему удавалось поразить Кэндис.
— Да нет же. Полиция просто ходит вокруг да около, вряд ли ей предъявят обвинение.
