– Как скажешь, милая, – с легкостью согласился Эдгар. – Знаешь ли, два с половиной века жизни на этой земле научили меня терпению. У нас с тобой впереди целая вечность. Я не намерен тебя торопить.
Он направился в ванную, включил воду и принялся умываться.
– Скажи, а тебя не смущает, что я твоя правнучка? – с сомнением поинтересовалась Лаура.
– Нет, – отозвался Эдгар из ванной, пряча улыбку, и девушка не увидела, как сильно его рассмешил этот наивный вопрос. – А тебя?
– Не знаю. Я пока не определилась.
– А я считаю девять поколений между нами достаточно дальним родством, – пояснил Эдгар, покосившись на нее.
Он вышел из ванной, открыл шкаф и начал выбирать костюм на сегодня.
– Ты всегда так одеваешься – как в другом веке? – спросила Лаура, с восхищением наблюдая за ним.
– Нет, – лучезарно улыбнулся Эдгар, – только чтобы произвести на тебя впечатление. Когда бываю в мире, я одеваюсь как все, по современной моде.
– Где ты берешь эти красивые костюмы?
– Мне их шьют на заказ, – небрежно сообщил Эдгар. – Это не проблема, когда есть деньги. А их у меня более чем достаточно. За двести лет мой капитал существенно вырос. И если понадобится, я всегда могу достать еще.
Лаура тоже переоделась и стала рассматривать спальню при дневном свете. Та была довольно просторна, со стенами, обшитыми дубовыми панелями. Кроме кровати и шкафа, здесь находилось несколько резных стульев и камин.
– Камин исправен, при желании его можно разжечь, – рассказал Эдгар. – Мебель осталась из прошлого, большой ценности она не представляет, поэтому не разграблена во времена войн.
– Это твой замок? – полюбопытствовала Лаура, когда они шли по галереям, заглядывая в комнаты. – Ты тот самый граф, о ком нам рассказывали у костра? У которого умерла дочь?
– Нет, я не граф, и замок не принадлежал мне. Но дочь была моя. И замок этот теперь тоже мой. Здесь осталось несколько комнат, пригодных для жизни. Кухни нет, но она нам не нужна. Остальная часть лежит в руинах. Замок ветшает с каждым днем и когда-нибудь превратится в груду камней. В народе он считается проклятым, поэтому никто меня не беспокоит.
– Зачем же ты купил его?
– Здесь, в склепе, погребена моя дочь, – сказал Эдгар, помрачнев. – А теперь иди к людям, наступает день.
Лаура на секунду замерла, порывисто поцеловала Эдгара в щеку и убежала в день, увлекаемая ослепительным солнечным светом, который не мог затмить воспоминания о луне, невзирая на золотую красу.
Дни замелькали, черемуха облетела, зацвела сирень. Лаура вела двойную жизнь: дни пережидала в «Магдале», ездила с экспедицией по окрестным деревням, слушала песни и записывала предания, которые переводил Уолли. Ночи она коротала в замке Эдгара. Время неуловимо исчезало внутри ласкового сумрака, где крепли призрачные отношения между их разлученными веками. Лаура доверяла Эдгару и чувствовала себя необыкновенно легко с ним, будто бы знала его всю жизнь. Эдгар постепенно передавал ей свои знания и приучал к новому образу жизни. Он говорил чарующим бархатным голосом, его слова волновали Лауру и уводили в иные миры, утоляя жажду неизведанного.
– Скажи, что случилось с моим зрением? – расспрашивала Лаура. – Почему я стала видеть пятна на солнце?
– Ты можешь смотреть на солнце, не щурясь, хоть это не очень приятно. Но твои глаза чернеют и могут тебя выдать, поэтому лучше носи темные очки. Будь осторожнее на открытом солнечном свете, ты не отбрасываешь тени. Я умею наводить тень, а ты пока нет.
Лаура училась левитировать и уже отрывалась от земли на несколько сантиметров. Пытаясь побороть земное притяжение, она спрыгивала с огромных валунов, которых возле замка было в избытке, падала и старалась не плакать.
– У меня никогда не получится!
– Непременно получится, – обнадеживал Эдгар с неистощимым терпением, – просто ты еще совсем молода, новообращенный вампир. После второй жертвы все станет проще.
– О господи, после второй! Опять! – ужаснулась Лаура.
– До полнолуния осталась пара недель, – предупредил он. – Тебе уже пора начинать присматривать ее или его. На сей раз я предоставлю тебе возможность выбрать самой.
– Это еще тяжелее! Я не хочу никого выбирать… и убивать.
– Да, я понимаю. Тебе было бы легче убить кого-то из местных жителей, но это опасно. Они тут осведомлены о том, что мы существуем. Лучше выбирай из своих, еще достаточно времени на раздумья. Пойми, это у тебя в крови. Надо осознать, что страшнее: умереть самой или сознательно лишить жизни другого. Только ты в любом случае не умрешь, поэтому выбора у тебя нет. И не сможешь справиться со своей натурой. Тебе придется совершить это, чтобы жить дальше. – Эдгар привлек ее к себе и ласково обнял. – И ты ведь постараешься, правда?
– Зачем ты только сотворил это со мной? – жалобно спросила Лаура, высвобождаясь из его объятий.
