– Прошу у тебя извинения, считай, что нас уже нет…
– Как это нет? Вы здесь. Вам хорошо. Кстати, Лукресия, тебе очень идёт мой пеньюар, но я не люблю, когда мои вещи носят чужие. Всего наилучшего!
Она вышла.
Кoнрадо опустился в кресло и обхватил голову руками.
– Я могу пить моё вино, или мы действительно уезжаем? – спросила Лукресия. – Кстати, на крыльце госпожу Соуто Майя ждал малыш Буби. Это я просто так, для полноты картины.
Весть о смерти Манэ Бешиги мигом облетела квартал. Здесь все не любили и боялись Бешигу, но такая страшная смерть потрясла даже его злейших врагов.
Эмилия не выходила из дома. У неё был тяжелейший нервный стресс. Зато в баре должники и невольные сообщники Бешиги справляли по нему шумную и весёлую тризну. Больше всех радовался Вашингтон. Последнее время Бешига просто терроризировал его, заставляя исполнять самые опасные и грязные поручения. Кроме того, Вашингтон задолжал Бешиге крупную сумму, впрочем, как и многие из пирующих в баре.
– Женуина, иди к нам! – окликнул Женуину Калисто. – Мы празднуем отбытие Манэ Бешиги в лучший мир.
– Ничьей смерти нельзя радоваться, – осадила Калисто Женуина. – А вот Вашингтона ты мне вызови на минуту.
Вашингтон вышел из бара, покачиваясь.
– Дона Женуина! – радостно воскликнул он. – Поздравляю вас!
– С чем?
– Как с чем? Опасность миновала, живите спокойно.
– Это ты помог Бешиге проникнуть в мой дом? – Женуина взяла Вашингтона за шиворот и отвела в сторону. – Это ты так отблагодарил меня за то, что всегда находил в моём доме приют и тепло? За то, что из-за тебя я попала в полицию и чуть не угодила в тюрьму?
– Я? При чём здесь я? – Вашингтон выкатил белки.
– Только не прикидывайся, Вашингтон. Я ведь не дурочка, ты нарочно разыграл эту сцену, чтобы задержать меня в ларьке, пока этот паразит хозяйничал у меня дома.
– Я ничего не знаю, сеньора! Я всегда был вам другом.
– Послушай, я хочу тебе добра. Ведь я уже прощала тебя раньше, так что лучше расскажи мне, чтобы потом не пришлось объясняться в полиции. За тобой должок.
Но Вашингтон не понял намёка.
– Да, я задолжал Манэ Бешиге. Это немалые деньги Мне с ним никогда бы не расплатиться, и поэтому он заставил меня помочь ему.
– А что он задумал на этот раз? Что ему было нужно от доны Мигелины?
– Я не знаю!
– Ты обязан всё рассказать. Манэ Бешига умер, а я жива! Вашингтон, вспомни, сколько раз я была для тебя как мать, я хочу тебе только добра, расскажи, что тебе известно. Если за тобой придут люди Манэ Бешиги, я сумею тебя защитить. Мне нужно знать, что скрывается за этой историей. Это касается только меня.
– Я не знал, что помогаю в таком грязном деле, дона Жену! Честное слово, я не знал, что эти сведения о сеньоре Диего пойдут вам во вред.
– А с какой стати Манэ Бешига так старался выяснить, где сейчас Диего, ты знаешь? Отвечай?
– Нет, я только передавал ему всё, что мне удавалось узнать. Когда дона Эрме увидела сеньора Диего в центре города, и вы пошли его искать, он тоже пошёл на улицу Седьмого Сентября.
– Манэ Бешига? Зачем? Что ему было нужно?
– Клянусь, не знаю. Я маленький чёрный человек, и в делах белых ничего не понимаю.
– Ничего, ты всё расскажешь Тулио. А теперь иди, веселись, что погиб человек.
– Но ведь все веселятся. – Покачиваясь, Вашингтон вернулся в бар.
После того как Тулио рассказал обо всём странном и загадочном, что произошло с ним в Сан-Паулу, после того как Женуина рассмотрела подарки и повеселилась, узнав, каким способом добыл на них деньги Тулио, они уселись на кухне, и Тулио сказал:
– Ну, Жену, рассказывай, что у вас тут нового?
– Нового? Много чего. Но главная новость – смерть Манэ Бешиги. Его убило током!… Я не могу говорить громко, чтобы не услышала Мигелина. У Эмилии нервный срыв.
– А она при чём?
– Манэ Бешига погиб у неё в ванной. Это какая-то тёмная история. Значит, Диего стал официантом? Это в его духе… Работает днём? «Еl Campeador»? Надо же, Родриго тоже так звали! Диего очень нравилось это имя. Его полное имяя – Родриго Сид эль Кампеадор Миранда. Мне тоже не слишком нравится, но так хотелось Диего. А этот… Эстеван, или как там его…
– Женуина, ты не хочешь понять: я узнал Диего. Это он!
– Нет, Тулио, прости, но я не верю в это. Зачем Диего притворяться другим человеком, ведь ты же не просил у него денег, не требовал назад долга, не грозил?
– Но это он, я же не сумасшедший, я узнаю людей.
– Ты слишком долго его не видел. Вот я бы узнала его и дряхлым стариком…
– Кстати, таковым он и выглядит.
Китерия Жордан находилась в состоянии умопомрачения. С тех пор как она узнала, что существует какой-то «список избранных», она не могла думать ни о чём другом, как только попасть в него.
По её просьбе Мерседес ездила консультироваться у Рутиньи, и едва невестка, бледная и измученная, вошла в гостиную, Китерия набросилась на неё:
– Ну что? Что сказала Рутинья?
– Китерия, неужели ты не видишь, что Мерседес плохо себя чувствует? – резко спросил Дуглас.
– Это пройдёт! – отмахнулась Китерия.
– Что значит «пройдёт»! Оставь её в покое.
– Сейчас я дам ей «Алка-зельц», и всё будет в порядке. Так что сказал твой брат?
