— Уверен? — на этот раз на губах Тевоса блуждала задорная, как у мальчишки ухмылка. — Знаешь, когда заканчивается поединок? — он стал медленно отступать назад. — Когда проигравший попросит пощады. Или когда он умрет. Ты не просил пощады, — он сделал еще шаг, и нога коснулась травы. — Тогда попрошу я. Ты пощадишь меня, принц Энгарна?
Ялмари с недоумением взирал на вожака, затем понял: раз Тевос коснулся травы — проиграл и просит пощады.
— Да, — принц тоже невольно рассмеялся, подумав, что Тевос чем-то похож на него: тоже научился лгать, не говоря ни слова лжи.
— Вот и хорошо, — удовлетворенно произнес вожак. — А твои раны докажут, что я очень старался победить. Идем. Рубашку пока не надевай, сначала обработаем раны.
Они зашли в ближайший дом, и вожак обмыл водой и смазал раны, так что кровь остановилась, и принц смог одеться.
Вместе они вернулись в дом Князей. Присутствующие выглядели озадаченными — вожак сказал, что придет один, а вернулись оба.
— Суд Эль-Элиона доказал, что он невиновен и может остаться как равный, — провозгласил Тевос. — Он может присутствовать на Совете с правом голоса, — закончил он.
Все переглянулись, но вопросов не прозвучало. Вожак занял кресло, для Ялмари принесли еще одно.
— Продолжим, — Тевос окинул взглядом присутствующих. — Для начала познакомимся. Сразу всех ты не запомнишь, но, тем не менее, — он перечислил князей слева направо. Когда называли их имя, князья кивали. — Зихри, Аран, Харми, Висар, Балор, Царун, Гузир, Шимрон, Дагмар, Юмрап, Ефер.
Ялмари обратил внимание, что почти все князья находились в зрелом возрасте — от тридцати до сорока пяти лет. В их обществе он почувствовал себя зеленым мальчишкой. Как они могли избрать такого молодого вожака — непонятно. Губы Тевоса дрогнули, будто спрятали улыбку — узнал, о чем думает принц.
Кроме Балора, местного князя, относившегося к гостю все с большим подозрением, Ялмари выделил Дагмара и Арана. Первого из-за богатырского роста и телосложения — такого и среди людей встретишь нечасто, наверняка кузнец. Второй наоборот казался старым и больным. На лице застыло тоскливое выражение, как у дворецкого при изжоге.
— Шимрон, — обратился вожак к князю, сидевшему ближе всех к Ялмари. — Пагура нашли недалеко от твоего города. Расскажи еще раз.
— На нем множество колотых ран от серебряного меча и несколько ран от стрел. Серебряные наконечники в нем оставили, — произнеся эти слова, князь продолжил чуть тише. — Он должен был вернуться сегодня ночью, но не вернулся. Рано утром мы забеспокоились и послали двоих навстречу. Пагура нашли у юго-западной границы Умара. Судя по следам, его убили не там, притащили тело к границе, чтобы это служило предупреждением.
— Однако на нашу территорию не зашли, получается — боятся, — отметил Дагмар.
— Может, боятся. Может, это своего рода предупреждение: мы не нарушаем вашу территорию, а вы не лезьте к нам, — размышлял Тевос вслух. — Если моя догадка верна, то войны с нами пока не хотят. Какие будут предложения?
— Если бы война коснулась лишь людей, я бы предпочел не вмешиваться, — Дагмар, похоже привык говорить первым. — Но когда убивают оборотней, мы не можем делать вид, что ничего не произошло. Мы никогда не мстили, но речь не о мести, а о защите. Надо проучить их так, чтобы от оборотней люди неслись без оглядки.
— То есть ты считаешь, мы должны начать войну? — конкретизировал Тевос.
— Да! — категорично заявил Дагмар, и большой кулак опустился на подлокотник.
— Надо выяснить, с кем нам воевать, — сурово заключил Балор. — Принц утверждает, что это Кашшафа, а мне кажется, что Энгарн. Кашшафа за горами, а всех, кто погиб, убили на территории Энгарна.
— Что скажешь, принц? — вожак взглянул на Ялмари.
— То же, что сообщил в первый день, моего пребывания в Умаре, — спокойно отозвался он. — Кашшафцы перешли границу, теперь я это точно знаю. Более того, маг, который руководит этим тайным наступлением, объявил, что хочет поссорить людей и оборотней, чтобы на Энгарн напали сразу со всех сторон.
— Можно вопрос? — голос Арана оказался таким же болезненным, как он сам — тихим и хриплым. Если бы Ялмари не знал, что князем может быть здоровый и сильный оборотень, лучший воин в городе, решил бы, что Аран на последнем издыхании. Князь выдержал паузу и, прищурившись, посмотрел на Ялмари. — С каких это пор оборотни разговаривают с магами?
— Он не спросил, хочу ли я с ним разговаривать, — отмахнулся принц.
— То есть ты был в его власти, но он тебя отпустил?
— Да, — принц выдержал взгляд Арана.
— Интересно, — пожал тот узкими плечами. — У вас очень интересная жизнь, принц. Вернемся к нашему разговору. Пагур пытался проверить слова принца и погиб. И это могла быть засада кашшафцев, а могла быть засада энгарнцев. Впрочем, все мы верим вожаку, а он говорит, что принц невиновен. Значит, солдаты и маги Кашшафы тайно перешли границу и тщательно скрывают этот факт, стараясь поссорить Энгарн и Умар. Что можем предпринять мы? Начнем военные действия против захватчиков, подставляя оборотней, чтобы защитить людей?
