— У меня все нормально, Николай. Сейчас работаю в фирме, выпускающей оздоровительную технику. Понимаешь, есть у нас одна штука. «Золотое руно» называется. С ней кайф ловишь почище, чем с водярой. — При разговоре с Николаем Игорь поневоле подделывался под его лексику.
— Мудота все это. Водяра, она и есть водяра. Ее ничто не заменит. — Глаза Николая оживились, но тут же погасли. — Правда, в последнее время плохо идет, падла, — пожаловался он. — Как приму стопарь, так в боку топором распирает. Ни согнуться, ни разогнуться. Хоть криком ори.
— Ну вот. В больнице заодно и обследуешься, и подлечишься.
— Ты, Дмитрия, как с луны свалился. Меня без прописки ни одна поликлиника не принимает, а ты говоришь, больница.
— Я с тем и пришел, Коля. Положим тебя в платное отделение, пролечим за счет фирмы.
— Ух ты! — Николай опешил от такой перспективы. Чистые простыни. Тепло. Жратва обеспечена!
— Но одно условие, Коля. Потом наш прибор опробуешь. Нам же нужны испытатели. Не в службу, а в дружбу. Сможешь хоть месяц не пить?
— Ну, если испытателем, то для тебя, Дмитрия, так и быть, постараюсь. — Примерив к себе красивое слово «испытатель», Николай проникся самоуважением, которого ему так не хватало. — Мне-то ваш прибор до фени. Но если вам надо, другой коленкор. Колян для кореша все сделает! — Николай встал с дивана и дохнул в лицо Игоря удушливым перегаром. — Скажи-ка. Это Татьяна небось идейку подбросила меня испытателем сделать?
— А о Неле ты не подумал? — с доброй усмешкой спросил Игорь.
— Неля — баба простая. Ей ваши навороты с приборами в голову не придут. У нее одно на уме: чтоб я сам пить бросил.
— Ну, значит, договорились. Завтра с утра едем в больницу. — Игорь протянул Николаю свою узкую, но крепкую руку.
— Заметано! — Николай шлепнул протянутую руку своей шершавой немытой ладонью. Колючие заусенцы его пальцев слегка царапнули ухоженную кожу Игоря.
Прибор, улучшающий настроение, «Золотое руно» обещал фирме «Игрек плюс» золотые горы. Пока в Москве опытный образец проходил экспертизу, в мастерских готовили первую серию. Главным помощником Шурика стал недавний выпускник Электротехнического института Миша Сандлер. При поступлении в фирму Миша указал в своем резюме наряду с другими достоинствами и связь с Израилем. Скоро высветилась и выгода этого факта. Рыжеволосый Миша был не только талантливым технарем (в его дипломе стояли лишь отличные оценки), но прагматиком новой формации. Навещая своих родственников в Израиле, Миша старался завязать там деловые контакты. Благодаря его усилиям одна из тамошних фирм заказала фирме «Игрек плюс» большую партию вибраторов. Теперь Миша с увлечением помогал Шурику совершенствовать руно. Он часами не выходил из лаборатории, чертил какие-то схемы и сам собирал отдельные узлы. Одно изготовление «головок» нового устройства требовало той высокой технологии, которая прежде имелась лишь на оборонных предприятиях. Миша отложил схемы и чертежи и отправился на поиски смежников. Игорь был уверен, что находчивый парень решит и эту задачу.
Николай тем временем проходил лечение в отделении токсикологии элитной больницы. За две недели ему прочистили всю кровь, перекачав ее с помощью трубок через ультрафиолетовый облучатель. Ежедневно он с удовольствием ложился в замкнутую барокамеру и, закрыв глаза, мысленно плыл в воображаемом океане. Барокамера была как подлодка индивидуального пользования. Вообще все лечение казалось Николаю фантастическим сном.
Другие два места в палате занимали состоятельные пациенты-алкоголики. Упитанный молодой человек, директор торгово-закупочного предприятия, с воодушевлением рассказывал о былых застольях, торжествах, презентациях, где коньяк и шампанское лились рекой.
Николай мог поразить соседей лишь своим затрапезным видом. Даже сейчас, отмытый, в чистой больничной пижаме, которая болталась на нем, как на вешалке, Николай выглядел хануриком. Богатые пациенты лишь удивлялись, каким образом этот пропойца затесался в их уважаемую компанию. Вызывала смех и подруга Николая, Неля. Смазливая, на их взгляд, бабенка, с крепкой попкой и ровными ножками, была так же нелепа, как и ее дружок. Короткая ядовито-зеленая юбка и красная с игривыми рюшами кофта уродовали Нелю. Она конфузливо сторонилась элегантно одетых дам — жен новых русских. Те тоже старались отодвинуться от Нели, когда приходилось ожидать в коридоре разрешенного для свиданий с больными часа. Хотя пациенты элитной палаты разнились по внешнему виду, их объединяло одно внутреннее стремление — раздобыть запрещенную в лечебнице выпивку. К счастью, цель эта оставалась для больных недостижимой. Поэтому больничные будни тяготили Николая, несмотря на отсутствие привычных забот о выживании. Он становился все угрюмее и молчаливее.
Однажды Николай невольно подслушал разговор, лишавший его всякой надежды на будущее. Был тихий час. Дверь из палаты в коридор была распахнута.
И в тишине затихшего коридора явственно слышался тихий говор дежурных сестер. Вдруг одна упомянула его фамилию.
