А главное, пять лет назад Елена сама находилась в подобной ситуации. На время с ней произошло помрачение рассудка, по-другому она не называла собственное кратковременное состояние влюблённости. Работая в санатории администратором, Елена снискала о себе мнение как об умном, решительном и спокойном человеке. Её отношения с сотрудниками, как мужчинами, так и женщинами были дружескими, она могла пошутить, посочувствовать, а если надо, то и выслушать. Поэтому не обратила внимания на комплименты нового менеджера, решила, что Александр с ней просто вежлив. Заходя в её небольшой кабинет по какому-нибудь делу, он ненадолго задерживался, рассказывал короткую смешную историю, приключившуюся с отдыхающими или работниками санатория, а подняв настроение, сразу исчезал. Спустя время к комплиментам Александра добавились цветы и мелкие, но милые презенты. Елену насторожили, ставшие откровенными заигрывания Александра, но пока мужчина не перешёл черту, она не останавливала его попытки соблазнения. Кроме слов между ними не было никаких прикосновений. Как и любую другую женщину, внимание молодого обаятельного мужчины приятно грело душу и поднимало самооценку. Хотя она откровенно не понимала, зачем Александру понадобилась глубоко замужняя дама, старше его на целых пять лет. Никто, кроме Дмитрия, не ухаживал за ней так усердно. Елена не ханжа, догадалась, к каким последствиям приведёт подобный пока ещё невинный флирт. Но беспечно думала, что в любой момент это прекратит. Как же не хотелось отказываться от окутывающего её романтического флёра, как будто вернулась в юность во времена ярких и острых эмоций. С мужем отношения замечательные и чувства к нему не угасли, но если сравнивать их в начале брака и спустя много лет, всё чуточку иначе, теперь они как ровное, тёплое, трепетное горение без бурлящего пламени. Елена осознавала: никакая даже самая сильная и горячая любовь не может пылать долго, иначе люди бы выгорали или сходили с ума. Настоящая любовь из жгучей страсти постепенно переходит в иную форму привязанности: сердечное глубинное родство. И это родство душ и тел посильнее первоначальных чувств. Она и Дмитрий проросли друг в друга всей своей сущностью и их связь невозможно разорвать. А теперь получалось, что простое увлечение способно поколебать её принципы, на мгновение она даже представила себя рядом с Александром. А он, почувствовав в ней перемену и заглянув в самые зрачки, жарко прошептал:
– Мы взрослые люди, поэтому не стану ходить вокруг да около. Я так хочу тебя, что крышу срывает. Ты потрясающая женщина. После полуночи жду тебя в номере. Найди замену на пару часов. Заезда гостей сегодня больше не предвидится – у нас есть немного времени для себя. – Александр улыбнулся. – Уверяю, тебе понравится. – Сунув ключ от номера Елене, он вышел из кабинета.
Она положила ключ на стол. Щёки полыхали огнём. Перед глазами стояло лицо Александра: смеющиеся голубые глаза, высокие скулы и немного капризный порочно-притягательный рот.
«Никто не узнает – шепнул похотливый дьяволёнок внутри. – Пусть это будет новым опытом. У тебя же никого, кроме мужа, не было. Интересно же, как это бывает с другим. Иди. Это будет твоей тайной».
Тряхнув головой, Елена бросила ключ в ящик стола. В десять вечера заселив последнюю группу гостей, вернулась в свой кабинет. Сердце колотилось в груди, кажется, даже температура поднялась. Сделав чашку крепкого кофе, она выбралась из душного помещения на свежий воздух. С верхней площадки помпезного крыльца, крыша которого поддерживалась четырьмя белыми колоннами, хорошо просматривалось море. Елена сделала глоток горького кофе, потом обжигаясь, допила чашку до дна. В груди пекло, будто жар кофе проник в сердце. Вернувшись в здание, открыла на компьютере файлы, принялась за работу. К трём часам ночи все документы, отложенные ранее, были приведены в порядок. В душе царило спокойное умиротворение: ей удалось сбросить морок ненужной влюблённости. Откинув голову на спинку кресла, Елена закрыла глаза. Если не случится форс-мажора, удастся подремать пару часов. Разбудили её голоса горничных, убирающих холл. Потянувшись, она размяла плечи. Умывшись над раковиной в крохотной кухоньке, привела себя в порядок. Около семи утра в кабинет зашёл хмурый Александр.
– Не смогла или не захотела? – в его глазах стыл холод и обида. Кривоватая улыбка портила красивый рот.
Елена достала ключ, положила на стол.
– Извини, я вела себя глупо. Ключ мне никогда не пригодится. Думаю, наше общение должно стать более профессиональным. – Объясняться не хотелось, да она и не считала нужным. Из-за какой-то интрижки чуть не рискнула семьёй. Было противно от самой себя, немного утешало, что не поддалась похоти.
– Даже так? Уверена? Я как клоун выплясывал возле тебя полтора месяца. И вот так всё закончится? – Процедив сквозь зубы ругательство, Александр процедил: – Или тебе нравилось играть со мной? Считаешь себя особенной? Зря. Ты ничем не лучше других. Я ведь больше не позову. – Усмехнувшись, он смерил её с головы до ног каким-то лютым взглядом.