– Ну, милая, перестань! Извини, сорвался. Просто ну очень мне не хочется, чтобы ты на себя наговаривала! Ты нужна мне… нам с Евой, живая и здоровая! Нужна!
Ксюша молчала, слушая такие приятные, но к сожалению бесполезные сейчас слова. Они ничем не могли помочь ее доченьке, Стасу, да и ей, вынужденной все это переживать.
– Я согласна… – едва слышно произнесла она мужчине.
– Что? – То ли не расслышал, то ли не понял, о чем она говорит, Речинский.
– Если твое предложение еще в силе, я согласна, – повторила чуть громче Ксю.
– Какое предложение?
Лесина как-то зло ухмыльнулась, всё так же не глядя на Стаса.
– Руки и сердца… Твое… предложение… – она перевела взгляд на собеседника.
– Ксюша, – видно было, что он заволновался, но старался держать себя в руках. – Ты сейчас не в себе. Давай подождем, пока я встану с постели, Ева выздоровеет, а потом вернемся к этой теме.
– Все равно, когда. Я просто тебе сообщаю свое решение.
Не так Станислав хотел бы услышать ответ на это. Не в такой обстановке, не такими словами. Не так равнодушно. Не глядя глаза в глаза. Обреченно, будто подписывала себе приговор. Что сподвигнуло эту женщину заговорить об этом сейчас? Вот так вдруг? Страх чего-то? А может, финансовые проблемы? Нет, Речинский отбросил эту мысль как несостоятельную.
Ксюша никогда не давала повода думать, будто ей интересны его деньги. И даже если так, в ее ситуации с ребенком она вправе желать этого. Материнский инстинкт берет верх, заставляя пересматривать свои принципы и стремления. Он не винил ее. Денег ему не жалко. Но тем более сейчас, когда у Ксюши далеко не самый легкий период в жизни, не хотел он получить ее согласие на брак. Это нисколько не умаляло его желания быть с ней, но если она действительно хочет этого, она будет хотеть этого и после, когда всё наладится.
В палате царила тишина, нарушаемая лишь дыханием и ненавязчивым стрекотом медицинского оборудования, расставленного рядом с кроватью. Стас и вовсе не понимал, к чему опутывать его датчиками, если его жизни ничто уже не угрожало. Боль усмирялась капельницами, а сердце и легкие работали бесперебойно, однако он не стал спорить. Видимо, отечественная медицина по-своему понимает заботу о платных пациентах.
– Ксю, – аккуратно позвал мужчина, и девушка подняла на него взгляд. – Я понимаю, возможно, я навязчив, но все же… если нужны будут деньги…
Лесина интенсивно замотала головой.
– Погоди, – поторопился высказаться Стас. – Не спеши отказываться. Я не просто так. Я для Евы. Возможно, потребуется специальная помощь, лекарства. Сейчас всё дорого, я ведь знаю. Поэтому… я тебя очень прошу. Не постесняйся сказать мне. – Ксю отрешенно слушала и молчала. – Ты ведь теперь… моя невеста? – неуверенно улыбаясь, закончил Речинский.
В этот момент открылась дверь, и зашел Илья.
Он нахмурил брови, услыхав последние слова, замер в проходе с коробкой, на которой был изображен мобильный телефон, и смотрел на Лесину, ожидая ее реакции так же, как и отец.
Ксения обернулась на вошедшего и на мгновение испуганно замерла. Уже такой знакомый черный взгляд впился в ее лицо в немом ожидании. Но через секунду, видимо, что-то для себя решив, она отвернулась к отцу и кивнула. Как-то неестественно. Словно робот.
– Вас можно поздравить? – глухо спросил Илья отца.
Тот улыбнулся шире и кивнул.
– Да, сынок, Ксюшенька согласилась выйти за меня. Но мы решили повременить, пока все будут здоровы.
Илья зажмурился, но следом всё-таки шагнул в комнату и положил покупку на тумбочку рядом с Ксю.
– Телефон, – коротко бросил он и развернулся к выходу. – Не буду мешать.
Ксю снова резко обернулась, глядя парню в спину. Сказать ничего не успела, да и что тут скажешь? Решение принято.
А еще через секунду, отодвинув выходящего парня с прохода, в палату влетела уже знакомая мужчинам медсестра и впопыхах сообщила, глядя на посетительницу больного:
– Вас снова ищут в детском…
Глава 28
На этаже детского отделения Ксюша бросилась прямиком к палате реанимации, но на пороге ее остановил зав.отделением, резко развернув женщину в обратном направлении. Из-за полуприкрытой двери были слышны голоса и писк аппаратуры.
– Ксения, – обратился к ней врач. – Вас искали, но напрасно. У девочки снова кризис, но мы держим это под контролем.
Ксю побледнела и начала вырываться из захвата.
– Пустите, я должна быть рядом с ней!
– Не стоит, правда. Вы будете только мешать. – Врач опасливо обернулся на дверь, но тут же снова обратил всё свое внимание на матери.
– Может, если она услышит мой голос, она… захочет… жить?
– Она не слышит. Вы же понимаете. Сейчас врачи борются за ее жизнь, а нам с вами остается только помолиться. – Врач снова напрягся, чтобы не выпустить Ксению от себя. – Я прошу вас, успокойтесь.
Но Ксюша, как мать, ничего не могла с собой поделать. Ей было необходимо увидеть кровиночку! Она искренне верила, что своим присутствием сможет усилить желание дочки жить.
В это время вход в реанимацию открылся и оттуда показалась медсестра. По ее лицу невозможно было что-либо понять, и Ксю рванула ей наперерез.
– Что? Как?
