Н. ЦИПИС, Г КОРОТКЕВИЧ
..."Нет никаких
"никогда"
Есть когда-нибудь
Или когда-то"
( "Никогда". Л. МАРТЫНОВ.)
Этот звездолет должен был вернуться через 50 лет. Не так уж часто уходили фотонные корабли в космос, чтобы можно было спутать график их возвращения. Раз в 25-30 лет далеко от планеты запускался такой гигант. И это было огромным событием. Остальное время для дальних разведок накапливали горючее. Можно было бы летать и на ионных ракетах, но уж очень тихоходны они. С "фотонами" стало легче проникать в "черную бездну", но пока — раз в 30 лет.
Антиматерия... Где взять ее в достаточном количестве? Это тормозило не только работу по космосу... Проблема No 1.
Председатель Всемирного Ученого Совета опять взял со стола пластмассовую золотистую пластинку: ""Стрела" просит координаты орбиты..." Странно... Почему же они вернулись раньше срока? Лобов нажал кнопку на панели стола. Зажегся экран. Из его глубины на Председателя внимательно смотрело лицо диспетчера.
— Пусть садятся на "Эльфу". Экипаж сразу же на Землю, на Центральный.
— Хорошо, Лев Михайлович!
Лобов подошел к окну.
Был жаркий, солнечный день. Тени казались почти черными. "Что день грядущий нам готовит?" Что-то готовит... Определенно. Но что? Если бы он знал что, то, наверное, не смог бы вот так, спокойно, стоять у окна.
***
Маленькая белая точка управляемой ракеты-разведчика "Иглы-1" быстро приближалась к спутнику Второй. Его поверхность, исследованная небольшим телезондом, еще при подходе к системе была вполне пригодна для размещения аппаратуры. Некоторое время с ее помощью предполагалось понаблюдать за планетой.
"Осторожность, осторожность и еще раз, черт возьми, осторожность!" — вспомнил Виктор слова Председателя. А он, Виктор Лисицкнй, по горло сыт этой осторожностью. Был же в старину отличный девиз у летчиков: "Быстрота и натиск!". Но то летчики, а то — звездолетчики. Он за все время всего-то раза четыре брал управление "Стрелой" на себя. А так — автоматы да автоматы: такая скорость не для людей. Вот доворотики, поворотики, ну и, конечно, посадка, но до нее — как зубами до локтя.
Виктор оглянулся и посмотрел на Ястребова: не отгадал ли тот его крамольные мысли. Он ведь такой, капитан, он все может.
В правый угол экрана большого обзора разведчик транслировал приближающийся спутник. Внизу, в "окошках" информаторов, мелькали цифры — данные об этом теле.
— Что ни говори, а он очень напоминает Луну, — сказал Карэ. — Вторичное подтверждение: нет воды, нет атмосферы — одни камешки...
Виктора словно муха укусила:
— Ага! А Вторая напоминает вам, вероятно, Землю? Правда? И, конечно же, первая встретившаяся на ней женщина будет очень похожа на вашу жену. Да? И первые цветы, которые вы там увидите, будут голубые розы. Да?
— Внимание! — голос Ястребова прервал Виктора. — Посадка "Иглы"!
В помещении центрального пульта вдруг стало светло, словно зажглось маленькое солнце. Нестерпимо яркий свет излучала точечная часть экрана, правый угол которого стал матово мертвым. Точка молниеносно росла, превращалась в невероятной яркости белесый туман. Когда он немного рассеялся, люди увидели, как экран расползается на куски, словно свежеиспеченный и варварски разодранный пирог, из трещин которого лезло светлое повидло и валил пар. Это было так реально, что Виктор бросился к экрану: его рука скользнула по гладкому прозрачному пластику.
— Это развалился спутник, — сказал Ястребов.
Они еще долго смотрели, как отдельные куски "четвертьлуны" медленно, словно в воде, уходили друг от друга. И только один, побольше размером, разворачиваясь, остался почти на том же месте. Никто из людей за всю историю жизни человечества на Земле не видел подобных катаклизмов.
"Вот тебе быстрота и натиск..." — Виктор не знал, что подумать.
— Крепенько его... — только и сказал Карэ, смущенно и смешно хлопая белесыми ресницами.
Ястребов попросил их подумать над случившимся и через полчаса зайти к нему в каюту.
***
"Стрела" продолжала свой путь но стационарной орбите вокруг Второй планеты двойного солнца. Эта звезда оказалась на пути звездолета, который шел к загадочной области космоса, обозначенной на астрономических картах знаками АХ-1. Выбор направления поиска для разведчиков был не случаен. Наблюдательные станции Марса давно отмечали какие-то непонятные явления в этом секторе: то резкие изменения спектра, что указывало на фантастические перепады температур, то исчезновение сигналов, которые "проваливались" в ничто.
