Вниманию читателя предлагается уникальная по широте использованных исторических источников книга, позволяющая взглянуть на сложную историю польско-российских отношений. Польские восстания и мятежи на западных границах Российской империи предстают в виде исторических документов, свидетельств очевидцев, личных писем непосредственных участников событий с обеих сторон.
В XVIII столетии Речь Посполитая была громадным по территории государством, уступавшим в Европе по размерам только России, основная часть территорий которой и тогда приходилась на почти незаселенные сибирские и северные земли.
Границы Речи Посполитой простирались действительно от моря до моря — от Балтийского до Черного! На протяжении длительного времени в ее состав входили нынешние Польша, Литва, Украина, Беларусь, часть Германии, часть Австрии, часть Словакии, Молдова, часть Венгрии, Смоленская область…
Восточные границы Речи Посполитой проходили по Днепру и Западной Двине. По населению Речь Посполитая занимала 3-е место в Европе после Франции и России, которая обогнала ее по численности подданных только в середине XVIII столетия.
В 1791 году под влиянием французской революции в Речи Посполитой была принята Конституция, провозгласившая создание унитарного государства с сильной королевской властью. П. Ясеница в книге «Речь Посполитая Обоих Народов. Картины агонии» (Варшава, 1985) сообщает, что «маршалок конфедерации Великого княжества Казимир Нестор Сапега узнал о готовом уже проекте закона только за полчаса до открытия сессии». За ту Конституцию были отданы голоса только 110 депутатов сейма. Но на их стороне был и король Станислав Август Понятовский, который сразу же присягнул на ней под крики тех ПО. Хотя весь сейм, уточняет П. Ясеница, насчитывал около 500 человек. Историк делает вывод: 3 мая заседало и принимало решение «явное меньшинство».
Этот акт встревожил соседей Речи Посполитой, православных подданных и многих польских магнатов, феодальные представления которых о взаимоотношениях вассала и сюзерена, наряду с существовавшим в обществе утверждением о политическом равенстве всей шляхты, в конечном итоге поспособствовали развалу этого государственного образования. Каждый шляхтич руководствовался положением о приоритете интересов главы своей маленькой державы — того магната, которому он служил, но не учитывал общих тенденций. Шляхта получила право создавать вооруженные союзы (конфедерации) для защиты своих вольностей и привилегий, созывать местные сеймики, которым принадлежала вся власть в воеводствах и поветах и даже организовывать восстания (рокоши) против собственного короля.
Не заинтересованные в мощной королевской армии, которая могла бы пресечь произвол и сепаратизм на местах, шляхта открывала границы для вторжения иностранных государств. А в период межусобных разборок даже приглашала иностранные войска поддержать одну группировку против другой. Словом, феодальная анархия и борьба магнатских группировок за власть явилась одной из главных причин краха Речи Посполитой. И закономерно, что Речь Посполитая в итоге была поделена между государствами имперского типа, экспансивный потенциал которых был особенно велик в силу самой специфики их функционирования.
Сразу же после принятия Конституции, усиливавшей королевскую власть, недовольные концом «золотой вольности» магнаты Речи Посполитой создали Тарговицкую конфедерацию и обратились за помощью к России. В Петербурге сочли, что настало время окончательно разрешить польский вопрос. «Государство — это все», — полагала шляхта. «Государство это все», — ответила на это Российская империя.
В мае 1792 года войска империи перешли границу. 11 июня русские одержали победу под Миром, 3 июля — под Зельвой, 10 июля — под Мстибовом, 23 июля — под Брестом. Были взяты Вильно, Браслав, Бобруйск, Несвиж, Слоним, Новогрудок, Гродно. В целом русские после короткой военной кампании заняли значительную часть территории.
12 января 1793 года в Петербурге была подписана русско-прусская конвенция о втором разделе Речи Посполитой. Под власть Пруссии переходила значительная часть польских земель (часть населения составляли немцы), а к России — Правобережная Украина и центральная Беларусь (Минщина). Гродненский сейм молчаливо ратифицировал эти решения.
Созванный в Гродно польский сейм молчанием одобрил этот раздел (именно после него стало крылатым изречение Екатерины II «молчание — знак согласия»), поскольку первоначально магнаты и шляхта были успокоены тем, что незыблемость их феодальных прав на землю и личность крепостных крестьян была гарантирована державами-победительницами.
