Правда залогам этого являются не только силовые тренировки и бег, а ещё и то что, заметив, как я соскребаюсь с земли после каждого падения, Рек ввел основы бокса. То есть сам, я не учился наносить удары и вытеснять противника — на это попросту не было времени. Только стойки, блоки и уход с линии атаки. Пришлось учится очень быстро. Ибо сержант не утруждал себя такой мелочью, как надевание перчаток или сдерживанием силы ударов.
*Сигнал прибытия поезда на станцию.
Жмурясь вынырнул из сонных воспоминаний. Морозная ночь быстро привела задремавшее тело в чувство. Идя по тёмной дороге, неотрывно смотрел на ясное лунное небо. В городе из-за пелены дыма и смога, беспрестанно весящими над головой, такого не увидишь. У дома заметил стоящую возле забора закутанную в шаль фигуру.
— Что ты тут делаешь?
— Нам нужно поговорить. — Тихим дрожащим голосом произнесла Лизи.
— Давай не сегодня. Уже поздно. Да и мне скоро нужно уезжать по делам. Поговорим, когда вернусь. — Поднялся на крыльцо. Но ледяные, точно сосульки девичьи пальцы схватили мою руку.
— Нам нужно поговорить. — Упорно повторила девушка.
— Только давай не долго. — Тяжело вздохнув впустил Лизи в дом.
Сидя в комнате с рядом ещё не до конца остывшей печью, пили травяной отвар при свете масляной лампы. Изрядно затянувшееся молчание начало надоедать.
— Так о чем ты хотела поговорить?
С той памятной прогулки по городу мы больше не общались. Продукты и те, я стал закупать у фермеров, а не через Лизину семью, занимающуюся снабжением всей деревни. Каждый из нас получил своё. Причин общаться больше не было. Так думал я.
— Поговорить… нужно. — Гипнотизируя стакан произнесла девушка. И вновь замолкла.
— Раз нужно то говори. Я слушаю.
— Я…я…, …, …
— Что ты? — Я почувствовал укол раздражения.
— Я беременна!… от тебя…
Приехали…
— И почему ты решила, что от меня?
Девушка вскинула голову. Твёрдо смотря на мне в лицо.
— Ты единственный с кем у меня было.
Теперь пришла моя очередь гипнотизировать стакан. Подвигов нижней челюстью тяжело выдохнул. Совсем не вовремя, всё это.
— Хочешь оставить его?
*Утвердительный кивок.
— Мать знает?
*Отрицательное мотание.
— Чего от меня хочешь? Говори прямо.
— Ты, отец. Значит, ты, должен, тоже, растить, его. — Каждое слово, Лизи давалось с большим трудом.
Отойдя к окну прислонился лбом к холодному стеклу. И немного помолчав ответил.
— Этого не будет. Я не собираюсь быть с тобой. И ребёнка признавать не стану. Сделай аборт пока не поздно. Живи дальше, как раньше.
— Нет! — Девушка вскочила, роняя стул подбежала ко мне. — Он ведь живой. Это твой ребёнок. Можешь не любить меня, но не относись так к нему. Если не хочешь, можешь не женится на мне. Просто будь рядом. Прошу.
Взяв её руки в ладони. Сжал их.
— Послушай. Ты молода и здорова. У тебя ещё вся жизнь впереди. Ты найдёшь кого-нибудь лучше, чем я. И у вас будет крепкая любящая семья. Тебе не нужен ни я, ни этот ребёнок. Ты сделаешь несчастной не только себя, но и его. Как только я вернусь мы, вместе поедем в город и…
— Ни за что! — Лизи высвободила свои руки. — Это убийство! Он ведь живой. Я чувствую, как он растёт.
— Что ты, ему можешь дать? Что я, ему могу дать? Подумай. — Как можно спокойнее произнёс.
— Он твой ребёнок!
— Хватит! Моё слово было сказано! Дальше решать тебе. Прими верное решение. Не порти жизнь ни себе, ни ему.
Ничего не говоря девушка выбежала из дома. А я как подрубленный рухнул на кровать. День ото дня не легче. Судьба словно наслаждается, испытывая меня. Размышляя о Лизи и о том, что уже завтра для меня это может стать неважным я незаметно уснул.
Понимая, что в Люквере для меня больше нет места, собрал все свои вещи, желая найти другое место откуда меня выдернет система. В последний раз окинув дом, ставший за такое короткое время знаковым местом для меня, ушёл не оборачиваясь, повесив ключ на дверную ручку.
На улице всё ещё темно. Первый поезд отходит со станции в шесть утра. Мне не хочется, чтобы Лизи пришла ещё раз днём, если она всё же передумает. Оставил для неё свой персональный телеграфный код. Когда вернусь сразу на ближайшем почтамте проверю.
Далеко уйти я не успел. В мою сторону на всей скорости нёсся Людвиг. Не говоря ни слова, он попытался ударить меня. Бросив сумку, отпрянул от его кулака.
Вот ведь. Даже тихо уйти не дают. Хотят попрощаться как с родным. Присев под вторым ударом, я поймал его кулак, выкручивая руку Людвигу.
— Успокойся, герой-любовник. Я ухожу. Можешь быть со своей ненаглядной. Вашему счастью теперь мешать никто не будет.
Зарычав, парень упал на колени, пытаясь вырваться из захвата. Пришлось ещё немного докрутить ему руку.
— Да угомонись ты. Сказано же тебе. Не увидите вы меня больше. Ни ты, ни она.
Людвиг почти лёг на землю, продолжая вырываться. Отпустив, оттолкнул его от себя. Он тут же вскочил, смотря на меня ненавидящим взглядам. А по его щекам текли ручейки горьких слёз.
— Из-за, тебя… — Сквозь зубы процедил парень.
— Возможно, но ты для верности уточни. Что: — «Из-за меня»?
— Она… она… она умерла из-за тебя!!! — Задыхаясь выкрикнул Людвиг.
— Что ты несёшь? Я сегодня ночью говорил с Лизи…
