Особняком примыкая к частоколу стоит новая бревенчатая церковь с небольшой колокольной башней, выкрашенная в янтарный цвет. И где только краску сумели достать? Вокруг толпятся люди ропча о чём-то.
Массивные двери церкви распахнулись и к людям вышла... Я чуть не упал с подъёмника увидев её... Евдокия!? Та сумасшедшая фанатичка, что выколола глаз Колючке. Это то она местная проповедница!? Судя по всему, как народ к ней тянется, а ряженые с накинутыми на голову и плечи шкурами похожими на волчьи, от гоняют их, так и есть.
Сама Евдокия обряжена в серо белую рясу с надетой замысловато сложенной пятиугольной косынкой. Проходя мимо людей, говорит им по несколько слов прикладывая ко лбу руку с отставленными в перёд двумя пальцами с намотанными на них чётками. От чего некоторые чуть ли не впадают в экзальтацию. А её вторая рука покоится в перевязи. Даже от сюда видно, что та у неё туга перебинтована во множестве слоёв бинта.
Осеняя всех страждущих Евдокия направилась к воротам селения. Не нравится мне её присутствие здесь. Губернатор явно с огнём играет, позволяя разгораться пожару религиозного фанатизма. Люди в отчаянии во что угодно и кому угодно готовы поверить. Знаю, помню, "великий голод" прошлого десятилетия. Когда в Гетлонде каждая четвертая смерть была голодной.
Внизу же явственно чувствовалось напряжение. Постепенно сюда стягивается всё больше и больше тех, кто получил очередное задание. То есть те, кто только что побывал дома и вполне возможно вернётся вскоре. Тем, кому повезло меньше, и они вынуждены теперь жить здесь по большей части смотрят с явной нескрываемой завистью. Пока всё тихо. Но лиха беда начало.
Подъемник тряхнуло опускаясь на землю. Обходя церковь по широкой дуге огибая зборище верунов. Поспешил к браком. Нет, не из-за желания поучаствовать в драке или посмотреть на неё. А занять место. Хоть, я и могу провести ночь на верху. Мне нужно быть здесь. Возможно уже завтра придётся отправится в руины и туда я пойду с теми кто сейчас находится в низу. Нужно знать в какую сторону придётся дважды смотреть прежде, чем повернутся спиной.
Вот ведь накаркал. У барака, в котором я располагался в прошлый раз, шла толкотня. Наблюдатели сверху тоже присутствуют, но не спешат вмешиваться. Бесплатное представление дорогого стоит.
Уже успевшие побывать в бою за сегодня люди, пытаются попасть в отведенный для них барак. Однако он уже занят оставшимися. Верно. Кому охота ютится по двадцать человек. Если есть свободное место в соседнем строении. Казалось бы, уступите место. Мы всё равно через пять дней уйдём. Но нет. И проблема тут вовсе не в том, что бараки стали обжитыми и в них налажен быт. Проблема в том, что: -«Зачем уступать? Этим счастливчикам и так повезло в прошлый раз. Ничего с ними не случится, поспят пару дней на голой земле».
-Уходите в руины или в верхнее селение. Здесь уже занято! –На крыльце барака возвышалась тучная женщина, уперев руки в бока. За её спиной были видны теперешние жители этого места.
-Этот барак нам выделили. У вас и так их десять. Проваливайте! –Бабе противостоял мужчина. Он говорил громко и серьёзно. Но в его голоси слышались насмешливые нотки. Бритая голова, широкая спина, язвительный тон. Интересно не ошибаюсь ли я?
-Хочешь выгнать нас же из нашего дома?!
-Из вашего дома вас выгнала система. А я требую свалить из барака! Заметь пока ещё вежлива, жирная ты тварь!
-Что ты сказал!!!
-Глухая значит ещё ко в сему. Так я повторю! Для каждого! Вы неудачники!!! Провалившие задание! Вы просрали свои жизни! И сдохните в этом мире! Никогда больше не увидев ни детей, ни отцов, ни матерей, ни жён, ни мужей.
Перепалка сразу стихла. Небольшая кучка поддерживающих говорившего встали спина к спине. А «оставшиеся» приблизились включая наблюдателей. Женщина спустилась с крыльца к мужчине.
-Повтори, гадёныш. –Не громко, сквозь зубы и текущие злые слёзы сказала она.
-Так я прав на счёт того, что ты жеруха слабослышащая. Слушайте все и каждый. Мы - кто смогли выполнить задания, являемся ценным ресурсом. А вы - мусор. Никчёмная дрянь, неспособная сделать усилие. Даже для того, чтобы спасти собственную жопу. Поэтому… валите из нашего барака.
-Ты, ты, ты…
Женщина взяла мужчину за отворот куртки, желая ударить. Но он оказался быстрее. У «оставшихся» перевес в числе, но вот у тех, кто вернулся уровни от третьего. Большинство из них вкладывались в силу или ловкость. Так что число не очень много решает.
Наблюдатели решили всё же вмешаться. Ну, а я решил вмешаться во вмешательство, что бы они не вмешивались в чужое вмешательство. Преградив им путь. Спокойно, дружелюбно помахал рукой. Они только переглянулись друг с другом.
Двое на одного. Седьмые, как и я. Только у них в руках дубинки, а у меня аутсгабе.
-Не стоит. Лучше идите позовите старших.
-Ты понимаешь, что потворствуешь преступлению. Знаешь какое единственное наказание у нас здесь?
-О каком преступлении идёт речь? –Удивился я. –Просто дружеская свалка, не более.
Один из наблюдателей замахнулся. Приблизившись к нему, резанул по руке как учил Рэк, заставляя выпустить оружие.
