Будь на его мести кто-нибудь другой, может я и вмешался бы. Но Дюк заслуженный герой войны. Разве он не достоин получить немного ласки от тех, кого так долго защищал.
-За Гетланд! За нашу непобедимую армию! За второй ударный корпус, мать его! Выпьем!!! –Слаженный рёв всех присутствующих поддержал говорившего.
Забарабанили ладонями по столам, затопали ногами и зазвенели кружками. Нестройным пьяным хором бойцы начали затягивать боевую полковую песню, которую пели при любом удобном случае. Один из тех, кто набрался больше всех остальных влез на стол, за которым сидел, начав топать нагой шлёпая себя по бёдрам при этом пытаясь мычать слова песни.
Сверху на него, перекинувшись через перила, приземлилась туша Дюка. Стол под ними разлетелся в щепки, разметав их по всей корчме. Все обернулись, но никто не подумал, что произошло что-то серьёзное. Обычная пьяная драка. Но нет. Дюк пошевелился, захрипел выплёвывая проклятья держась за правый бок.
-Эй, Дюк. Дюк! Мать твою, что произошло? Отвечай! –Подскочив к нему, я дёрнул его за отворот рубашки.
Он отнял руку от живота что-то прохрипев указывая пальцем на лестницу, с которой в этот момент сбегал пацан, которого Дюк тащил на верх.
-Схватите его! –Я ткнул пальцем в мальчишку.
Несколько бойцов кинулись за ним. Но выпивка не позволила им двигаться достаточно быстро. Ухватив лишь воздух, они вывалились наружу. Пацан уже растворился в сумраке тёмной улицы.
Дюка несколько раз выгнуло дугой, и он затих. Убрав его ладонь с живота, я увидел одну маленькую рану. Не больше сантиметра, но нанесённую точно в печень. Гадкая рана. Очень, очень болезненная и настолько же смертельная.
-Командир, тут ещё Колм! –Перевесившись через перила крикнул один из бойцов.
Колм сидел на лестнице. Его руки свисали вдоль тела, а голова лежала на груди. На макушке виднелось красное пятно. Приподняв голову мертвеца, я увидел такую же рану под подбородком, как та, что была у Дюка. Кому же, говнюки, вы так помешали? Ясное дело, что не пацан вас уработал. Тогда кто?
Тем временем разносчик поднимался вверх по лестнице. В правой руке он нёс кувшин с креплёным вином. А левой, которая отличалась более светлым цветом кожи, обтирал о свой передник «свинокол». Дойдя до площадки четвёртого этажа, он переступил через спящего охранника и толкнул дверь с надписью: -«Только для своих. Сунешься, голову проломлю». Пройдя по коридору до комнаты с номером сорок четыре. Он постучался. За дверью послышалась возня, ругательства и хриплый голос спросил.
-Чё надо?
-Меня хозяин послал с лучшим вином для вас. Он просил передать, что для людей Ковочара у него всегда найдётся лишняя бутылка и свежая девка. –Бодрым, но бесцветным голосом, отозвался разносчик.
Почти сразу раздался звук открываемой щеколды. В приоткрытую щель выглянул парень, явно страдающий от сильного похмелья. Он жадно впился в принесённый кувшин. Но всё же спросил.
-С чего эта жирная свинья так расщедрилась?
-Хозяин узнал, что уважаемый Ковочар планирует расширять свои владения. И хозяин думает, что он сможет рассчитывать на некоторую скидку при получении выпивки от новых территорий Ковочара.
-Ясно. Ладно, давай сюда бухло. Трубы горят, ща сдохну. –Парень выхватил кувшин из руки разносчика, моментально потеряв к тому интерес.
-Ты не представляешь на сколько прав.
-Чё?
Парень начавший уже доставать зубами пробку замер, уставившись на разносчика, который бесцеремонно вошёл в номер, плотно прикрыв дверь. Не в коридоре, не в номере не было достаточного освещения, чтобы нормально разглядеть лицо пришедшего, а жуткое похмелье не способствовало работе головы. Но даже так Куцу голос и лицо вошедшего показались знакомы.
-М-М-М-Марк!? Ты мёртв… я тебя…уб…
Закончить мысль Куц не успел. Острие свинокола вошло в левый глаз. В миг протрезвевший парень завопил, зажимая опустошённую глазницу, откинувшись на стену. Прильнув к нему, убийца удержал Куца от падения своим плечом, ударяя того в живот. Памятуя о том, как он поступил с ним, пришедший за платой убийца, ударил в пах, пробивая мошонку вгоняя металлический шип как можно глубже.
