Сташек поправлялся. Вывихнутая рука обретала прежнюю подвижность и уверенность. Прекратилось головокружение. Зажили раны на лице, отпали засохшие струпья. Только голубоватые шрамы иногда страшно чесались, а на холодном ветру отзывались острой болью. Дни стояли солнечные, а солнце шло Сташеку на пользу. Он вставал рано, брал Тадека, и они целыми днями бродили по окрестной тайге. Здешний лес казался Сташеку не таким грозным, как в Калючем. Ходили они и к протекающей неподалеку речке Золотушке и с нетерпением ждали, когда спадет половодье, и можно будет ловить рыбу. Наблюдали за лесными птицами и зверьем, которого и тут хватало. А по дороге копали клубни сладкой саранки, собирали чесночную черемшу, пили сладкий березовый сок. Так и пролетал день за днем.
В то утро Сташек взял с собой топор и отправился в тайгу за дровами. Он заранее высмотрел на ближайшем болоте сухую сосенку. Тадек, как всегда, увязался следом. Мальчик решил, что болото еще не ожило после зимы, добрался до сосны и стал ее подрубать. Работа продвигалась медленно, от ударов и дерганья топора болела рука. Сухостой, падая, развалился на несколько кусков. Сташек стал выносить обломки на берег. И вдруг, протаскивая пенек между кочками, провалился сначала по пояс, и тут же был затянут по самые плечи. Он понял, что происходит: ожившее болото засасывает его в глубину. Удерживал его на поверхности кусок срубленной сосны, но выбраться из болота сам он не мог. Стоящий на краю болота перепуганный малыш тоже не мог ему помочь.
— Тадек, беги на хутор, позови кого-нибудь на помощь.
Болото глухо булькало в глубине, воняло тухлыми яйцами. На ветвях почерневшей, поросшей мхом ели трещала любопытная сорока. Разбуженная сова с интересом таращила на него огромные глаза.
На помощь прибежал дедушка Митрич, он как раз шел в тайгу проверить токовища тетеревов, когда навстречу ему попался бегущий с ревом малец. Дед укрепил грунт под ногами, бросил Сташеку веревку, протянул ее под руками и с трудом вытащил его из топи.
— Что-то рано в этом году топь проснулась. Повезло тебе, парень. В прошлом году в этом месте двух лосей засосало.
На Волчьем хуторе дед Митрич был единственным живущим тут русским. При встрече хмуро бурчал что-то в ответ на приветствие и, не останавливаясь, шел дальше по своим делам. Дед явно сторонился людей. Никто из поляков о нем ничего не знал. Заметили, правда, по-соседски, что когда пригревает солнышко, во дворе хлопочет какая-то старушка, наверное, жена.
— Пойдем в хату, а то простуда прихватит, — приказал дедушка и привел мальчишек к себе в дом.
В комнате было светло и тепло, пахло вареной капустой. Седая старушка, которая едва доставала до пояса своему долговязому мужу, заломила руки.
— Боже ж ты мой! Что случилось?
— В Черной топи выкупался. Надо его привести в порядок, а то посинел весь, и ноги отнялись.
Бабка налила в бадейку горячей воды, принесла из каморки какую-то одежду, даже валенки ему одолжила, свои он в болоте утопил. Налила миску щей и посадила их к столу. Дед молча сидел у печки, курил самокрутку. Бабка с любопытством расспрашивала маленьких поляков обо всем.
— Ой, бедненькие вы, поляки, бедные. Так далеко от родимого дома вас загнали, поганцы! Как наш Петенька, тоже там где-то на этой войне проклятой, далеко от дома, неизвестно где. Зима прошла, весна идет, а мы от него весточку ждем и дождаться не можем.
Бабушка краем фартука тронула глаза. Дед недовольно буркнул.
— Перестань, Николаевна. Не морочь детям голову нашими бедами, у поляков своих напастей хватает…
Когда на следующий день Сташек отнес одолженную ему одежду, бабка оставила ему валенки.
— Носи, сынок, валенки на здоровье. Ты же свои утопил? А как мой Петенька с войны вернется, ему уже новенькие приготовлены. Валенки только у моего Митрича заказывайте, он настоящий мастер. А чертово болото стороной обходи! — бабка перекрестилась в суеверном ужасе.
Уж с чем — с чем, а с землей поляки обращаться умели. Жители Червонного Яра ходили, как пьяные. После стольких лет они вновь ступили на свежевспаханную землю, почувствовали ее запах. И ни одному из них не удалось в этот момент избежать грустных воспоминаний. А что там с моим домом? С моим полем? Как озимые, а как там мой сад? Ульи? Кони, коровы, весь скарб? Кто теперь там хозяйничает? Что там этой весной происходит в Червонном Яре?
Управляющий Абрамов не мог поляками нахвалиться. Благодаря ним совхоз впервые с начала войны вовремя и качественно справился с весенним севом. Ничего удивительного, что на праздник 1 Мая начальник не посчитался с расходами и выдал всем полякам дополнительно по бутылке водки. Но это было один раз и по случаю праздника. Голодная предвесенняя пора все больше давала о себе знать. Уже и так скромные порции хлеба пришлось еще урезать. Детвора бегала по тайге в поисках саранки и дикого лука, ловила в Золотушке рыбу.
Как-то вечером к Долинам кто-то постучал, приоткрыл дверь и спросил по русскому обычаю:
— Можно?
