Полтора года жизни полностью

В Вену мы въехали в половину двенадцатого. Мы выбрали для стоянки кемпинг Вена-Вест, так как он находился всего в двадцати пяти минутах от центра города, в непосредственной близости от многочисленных пеших и веломаршрутов и, плюс ко всему, он располагался на окраине Венского леса. Правда расценки здесь слегка кусались — 8.50 евро за автодом. Дэвид оплатил место до начала декабря, отдав кругленькую сумму за данное удовольствие. Но, по-видимому, эта сумма казалась кругленькой только для меня, так как Дэвид даже не успел понять, в чем суть моего негодования.

— Ты платишь за нас троих, — неудовлетворенно заметила я, пока Сэм отлучилась в туалет. — Мы должны скинуться.

— Откуда вы должны скинуться? Только не бросайся со своей антресоли.

— Нет, я серьезно…

— Забей. Если бы я парковался один, с меня бы взяли ту же сумму.

— Но продукты питания, бензин… Да вообще всё оплачиваешь ты один.

— Не прошло и суток, а ты уже начинаешь развозить феминизм по салону моей машинки. Знай, что я только за его умеренность.

— То есть?

— То есть я согласен с тем, что женщина имеет право голоса, но определенно против того, что он может быть решающим.

— Воу-воу-воу… Что я слышу, — ухмыльнулась появившаяся в дверях Сэм, явно не согласная с мнением своего бойфренда.

— Ты моя гражданская жена и мы до сих пор не зарегистрировали брак лишь потому, что ты должна больше узнать о моем взгляде на отношения между женщиной и мужчиной.

— Я даже не заметила, когда успела стать твоей гражданской женой, — хотела парировать Сэм, но Дэвид её оборвал.

— В тот момент, когда мы переспали. Итак, перед браком ты должна уяснить, что главный в семье мужчина.

— Перед браком, ты должен уяснить, что это только видимость, — ухмыльнулась Саманта.

— Я совершенно с этим согласен, — неожиданно выдал Дэвид.

— Что?! — дружно выпалили в один голос мы.

— Главная в семье женщина, — продолжил удивлять нас Дэвид. — Она создает стержень внутреннего мира пары. Мужчина же создает бронированную обертку для этого стержня. Это и есть залог успеха. Женщина должна не только быть капитаном внутреннего мира пары, но и не мешать мужчине создавать видимость того, что капитан именно он. При этом капитаном себя должен чувствовать не только он, но и окружающие его люди. Абсолютно всё равно, что он и общество считают его главным — капитан всё равно женщина. Главное, чтобы все думали наоборот. Невидимое должно в корне отличаться от видимости, понятно?

— Понятно, — кивнула головой я, разинув рот.

— Замечательно. Раз все всё усекли, значит, никто никому не будет мешать играть свои роли. Я — мужчина, Сэм — женщина, а ты — то ли младенец, то ли подросток — я пока не определился. Итак, я создаю бронированную обертку для наших отношений. Вот деньги, завтра возьмете велосипеды напрокат, они здесь по доступной цене, и отправитесь привести себя в порядок — купите себе нормальных шмоток, кремов и прочего барахла, которое сможет вывести вас из бомжеватого вида — это касается тебя, Глория. Саманта всегда прекрасна, даже в мешковине.

— После твоих слов я чувствую себя хуже оборванки, — поморщившись, призналась я.

— Зато я себя чувствую королевой, — улыбнулась рыжая. — А ты что будешь делать?

— Высыпаться.

— Весь день?

— Да. Я за рулем пробыл тринадцать часов и я планирую переутомиться ночью, так что, прошу, избавь меня от шопинга, — твердо произнес Дэвид, после чего встретился с многозначительным взглядом Сэм и добавил. — Пожа-а-алуйста. Умоляю, мой капитан, не подвергайте меня мукам.

— Только сегодня ночью, — улыбнулась Сэм, пока я распутывала наушники. Хорошо, что я приняла душ в дороге! На фоне бушующих гормонов этой парочки у меня сейчас точно не было шансов помыть голову.

— Ребята, можете шуметь — ближайший час я буду слушать музыку на всю мощность, после чего успешно отключусь, — криво улыбнулась я.

Дэвид сопроводил Саманту до спальни и закрыл за собой дверь, пока я поспешно распутывала провода наушников, чтобы не услышать ничего лишнего и мне повезло — под звуки тяжелого рока не было слышно ни единого возгласа или скрипа и вскоре я заснула легким сном.