Уже подходя к особняку Олдриджа, я отметила, что передний палисадник сильно заброшен и старый фонтан даже начал покрываться мхом. Аккуратно открыв калитку, я с замиранием сердца прошла по знакомой тропинке и нажала на кнопку звонка. «Сейчас мне откроет Джонатан», — подумала я и еще раз нажала на звонок. — «Интересно, как скоро Роланд сможет приехать из Лондона? Или может он снова уехал в Дубай? А вдруг он откажется… Нет-нет-нет… Это не мои проблемы. Оставлю её здесь, и пусть сами выкручиваются».
Прошло не меньше минуты, прежде чем за дверью послышались шаги. Эти шаги точно не принадлежали Джонатану, отчего я немного напряглась, как вдруг, совершенно неожиданно для меня, дверь открыл Роланд. Я была настолько счастлива этому факту и одновременно так сильно боялась того, что узнав в подробностях всю эту абсурдную историю, он захлопнет передо мной дверь или попросту испарится, что сразу же переступила через порог. За спиной Олдриджа стоял Джонатан и рассматривал меня, словно не узнавая. Под удивленный взгляд Роланда я, тяжело дыша, поставила Софи на пол, сбросила тяжелый рюкзак с плеч и, на одном выдохе, произнесла, указав рукой на девочку:
— Это… Твоя дочь.
Несколько секунд Роланд смотрел на меня широко распахнутыми, серыми глазами, после чего внимательно посмотрел на Софи и снова перевел взгляд на меня. Наверняка я выглядела ужасно — запыхавшаяся, с раскрасневшимися щеками, развивающимися волосами, в спадающих рваных джинсах… Всей картины не описать. Джонатан явно был в шоке.
— Тогда я обязан на тебе жениться, — неожиданно выдал Олдридж. — Я категорически не хочу, чтобы моя доченька росла без отца. Но ведь у нас с тобой последний контакт был около года назад — почему девочка выглядит старше? И почему она блондинка? Мы ведь с тобой чистые брюнеты… Хотя забудь — она прекрасна. Кстати, наша дочь больше похожа на тебя…
— Ты издеваешься?! — удивленно поинтересовалась я, прервав его безумную речь. — Это не наша дочь. Это твоя дочь.
На этом моменте Роланд не выдержал и в голос рассмеялся.
— Не смейся. Это не смешно, — почувствовав неловкость, попросила я.
Следующие полчаса я в мельчайших деталях рассказывала Роланду о том, что именно произошло, нервно расхаживая по его кабинету. Со стороны я точно выглядела безумной, тем более я несла чистой воды маразм.
— Беллатриса Уокер значит… Впервые слышу.
— Давай на чистоту — ты тот еще бабник, — констатировала я. Мы разговаривали совершенно раскрепощенно, безо всяких «вы», словно были школьными друзьями. — Ни для кого не секрет, что у тебя была хренова куча женщин. Ты не можешь помнить всех имен.
— С тем, что у меня было достаточно женщин, я согласен, но их точно была не куча. И точно не хренова. Беллатриса-Беллатриса… — Роланд внимательно изучал документы, оставленные мне незнакомкой, которые я ему предоставила. — Да, кажется, вспомнил. Как раз три года назад… — он внезапно замолчал.
— Значит да? — я резко остановилась напротив стола, за которым сидел мой бывший начальник.
— Значит нет, — вдруг захлопнув папку, твердо ответил Роланд.
— Но ты ведь сам только что сказал…
— Я ничего не говорил, — парировал Олдридж и, посмотрев на меня, тяжело выдохнул. — Да, была такая около трех лет назад. Я её даже не помню. Я их всех не помню, потому что всё всегда заканчивалось одной ночью.
— Может быть, у тебя дюжина детей мир топчут своими маленькими ножками?
— Поверь мне, это исключено.
— Почему же?
— Слишком сильно заморачиваюсь по поводу контрацепции.
— Сразу два презерватива надеваешь?
— Интересный вариант, — ухмыльнулся Роланд, после чего встал со своего места. — Заставляю при мне выпивать противозачаточные.
— Жесткая у тебя прелюдия.
— И не только прелюдия.
— Привет, я Роланд, — склонившись над девочкой и протянув свою руку, произнес Олдридж. Мы находились в гостиной, где Софи стояла у огромного стеклянного столика, едва ли ни с нее ростом. Рассмотрев Роланда серьезным взглядом снизу вверх и еще с секунду помедлив, она всё-таки пожала руку незнакомого ей мужчины. — Как у тебя дела? — попытался наладить контакт с девочкой Олдридж, наклонившись над ней всем своим телом, но девочка молчала. — Она разговаривает? — всё еще не разгибаясь, вдруг обратился он ко мне.
— Не знаю, — пожав плечами, ответила я, поняв, что девочка действительно всё это время молчала. — Она еще ни слова не проронила.
— Ты Лоланд, а я Софи, — неожиданно произнесла девочка, но сделала это так тихо, что и мне, и Роланду показалось, будто мы ослышались (я поняла это по нашим пересекшимся взглядам). — Лоланд, ты мой папа? — спустя несколько секунд скромно добавила Софи. Роланд выпрямился и через правое плечо заговорчески-тихо прошептал мне, всё еще глядя на девочку:
— Она разговаривает.
— Ответь ей, — таким же шепотом отозвалась я.
— Я ей не папа.
— Ты ведь сказал, что спал с её матерью.
— И что?! Я не её отец, — продолжал напряженно шептать Роланд, глядя на меня через правое плечо.
— Это еще не доказано.
— Это, конечно, верно…
— Ну, так отвечай! — не выдержав, шепотом наехала на своего бывшего начальника я.
