— Вы ведь знаете нашего Тошика, — продолжила она. — Это воск! Вот за Сашу я так никогда не боялась. И сейчас не боюсь, пусть она и девочка (сами знаете, какие теперь девочки!). Но у Саши характер твердый, голова холодная. За ней сейчас ухаживает очень хороший мальчик, Женя Броваровский. Он племянник главного стоматолога области, и я уверена…
— Мама!
— Хорошо, не буду! — отступила на этот раз Нелли Ивановна. — Саша Рябов тоже очень хороший мальчик, но у него есть одно большое но. Вы ведь видели, Николай Алексеевич, какая у него мышечная масса? Хотя бы в последней серии, где он гири ворочает?
Самоваров кивнул.
— Так вот, даю руку на отсечение, он принимает стероиды в лошадиных дозах. А если вспомнить, что родители у него алкоголики… Знаете ли, наследственность такая вещь, что я сказала дочери…
— Мама!!!
Нелли Ивановна метнула в Сашин угол горячий взгляд.
— Я медик! Я знаю, что говорю! Если он не принимает стероиды, то как ты объясняешь то, что происходит с ним в последнее время?
— Ничего особенного с ним не происходит, — упрямо буркнула Саша.
— Нет, происходит, и ты знаешь это лучше меня!
Наконец-то и Самоваров заинтересовался лицами, которые стали семейству Супрун как родные.
— Саша Рябов — это актер из сериала? И с ним что-то не так? — спросил он.
— Именно не так! — обрадовалась вопросу Нелли Ивановна. — Он сам не свой. Он вообще неразговорчивый, слова из него не вытянешь, а тут и вовсе замолчал. Сидит, молчит, как в трансе. В глазах тоска. И вообще все лицо какое-то перекошенное, будто у него болит что-то. Я спросила — ничего не болит, говорит. Зубы в порядке, я сама смотрела. Но молчит! Я, грешным делом, подумала, что у них с Сашей нашей размолвка. Саша ведь за Сашей ухаживает, хотя сейчас это как-то иначе называется. Как, Саша?
— Никак. Мы просто друзья, — ответила Саша.
Саша и Саша. Очень мило! Самоваров задумался, кто из них за кем ухаживает.
Нелли Ивановна, будто угадав его сомнения, пояснила:
— Чтоб яснее было, я прямо скажу: Саша Рябов влюблен в нашу Сашу. А Саша — не знаю, пока непонятно. Она сама, кажется, не разобралась. Так вот, я было подумала, что они поссорились — знаете ведь, как это у детей бывает? Пустяк — и готова вспышка. Так ведь?
Самоваров согласился.
— К тому же стал очень активен Женя Броваровский, — добавила Нелли Ивановна. — Женя как раз вышел из академического отпуска, и наша Саша теперь реже бывает у Тошика в павильоне. Но оказалось, я ошиблась! Они не ссорились! Саша Рябов по-прежнему от нашей Саши без ума, и я обиняками выяснила, что про Женю Броваровского он не знает ничего до сих пор! Впрочем, как раз в этом нет ничего странного. Саша от природы не очень-то сообразительный мальчик. И основательно заторможенный. Чего вы хотите — родители-алкоголики!
— Мама, — вздохнула Саша.
— Саша — очень добрая девочка. Я всегда знала, что она не сможет сделать Саше больно. Так и оказалось! Я, как мать, откровенно с ним поговорила и поняла, что наша Саша ни при чем. Он сам по себе мается. Ведь все у него нормально — и на съемках, и в институте. На гонорары он машину себе купил. Смешно: живет в общежитии, а раскатывает на машине (такая корейская, тупоносая). Все у него в шоколаде, как говорится. Откуда же тогда угнетенность психики? Рассеянное внимание, тревожность? Ясно откуда. Стероиды! Анаболики!
— Они так сильно действуют? — спросил Самоваров.
— Конечно! — уверенно ответила Нелли Ивановна. — Они уродуют тело человека (а все чрезмерное, пусть это даже мускулатура, есть уродство!). Стало быть, они просто не могут не оказывать влияния на психику. В организме ведь все взаимосвязано. Прибыло бицепсов — убыло мозгов. Саша на последних съемках был в великолепной физической форме. Зато он не мог запомнить простейших реплик!
— Да, я что-то такое слышал.
— А этот скандал с Карасевичем! В тот самый день! Так со стероидами всегда и бывает: депрессия, вялость, подавленность — а потом нервный срыв.
Что-то ни про какие скандалы в съемочной группе, тем более в день злополучной вечеринки, Самоваров ни разу не слышал. Наоборот, считалось, что все было там гладко и мирно — компания веселилась, танцевала мамбу. И Рябов, и Карасевич — оба участвовали в плясках и не ссорились.
— Неужели был срыв? — спросил удивленный Самоваров.
— Еще какой! Они едва не поубивали друг друга — Саша и Карасевич, — сообщила Нелли Ивановна. — Сначала они кричали дикими голосами, потом сцепились, и Карасевич стал душить Сашу. Но Саша сильнее. Он отбросил Федора Витальевича к стенке, и тот…
Наконец неразговорчивая Саша вскочила с места и из полутьмы тихого уголка выбежала на середину мастерской.
— Не было ничего этого! — крикнула она.
Ее кукольное лицо пылало — левая щека сильнее, чем правая. Глаза блестели, губы-вишни вздрагивали.
Нелли Ивановна изумленно откинулась назад, на спинку дивана:
— Как же не было, Саша? Как же не было, если ты сама мне все это рассказывала?
— Я совсем не это рассказывала.
— Именно это! Слово в слово! Ты просто сама многое позабыла — ведь уже время прошло. Но я прекрасно все помню!
Саша стояла на своем:
— И я все помню!
