«Посылаю тебе список легенды “Об Отце и сыне”, из-за которой случилось все, что случилось с тобой. Это последняя копия, и я прошу тебя уничтожить ее после прочтения. Оригинал хранился у Великого Магистра. Я знал этого человека и надеюсь, что после истории с Вирским он одумается и встанет на путь истинный.
Да, я хорошо знал этого человека… Мы ведь учились вместе. В семинарии у него было прозвище, оценить юмор которого может только настоящий бурсак, – Полуденный бес. Это был один из самых нерадивых учеников нашего выпуска, но мы, товарищи, любили его, потому что он вносил в нашу жизнь изрядную долю разнообразия. Вечный выдумщик, изобретатель, он был одним из тех, кого называют enfant terrible (несносный ребенок) и любят до тех пор, пока они почему-либо не вторгаются в твою собственную жизнь. В конце концов с этим парнем приключилась грустная история. Легенда, которую я посылаю, была написана им в качестве сочинения на вольную тему, и текст ее так возмутил ректора, что бедняга был исключен из школы. Он был из бедной семьи ржевского псаломщика, и отец, очень надеявшийся на будущее своего сына, не перенес этот удар, запил горькую и вскоре сам лишился своего места в приходе. Семья очень бедствовала, но после революции будущий Великий Магистр неожиданно оказался у дел… Не буду рассказывать тебе всей этой истории, но только знай: легенда, которую ты держишь в руках и от которой пострадал уже не один человек, есть не более чем студенческая шутка.
Держись, мой мальчик! Ни на что не жалуйся и никого ни о чем не проси. Только Бога проси, и все будет дано тебе в нужное время. И запомни главное: самое важное после смирения – духовная трезвость. Да, мой мальчик! Именно трезвость! Как ее нам не хватает! По окончании семинарии от учебы в академии откажись и отправляйся на службу в Красный Конь. Во всем слушайся отца Петра. Прощай, мой дорогой!»
Вдруг Иван заметил, что солнечные лучи, проникая сквозь пыльное вагонное стекло, попадают на лицо Аси. Он сунул письмо в карман и подставил лучам ладонь. Вскоре она нагрелась, но это было даже приятно. Лицо девочки было спокойным. Она спала под его ладонью, как под надежной крышей. И Недошивин вдруг ощутил неразрывную связь между солнцем, своей ладонью, этой девочкой, а через нее со всеми людьми. И в этот миг сердце его растопилось окончательно. Оно потекло горячим воском и обожгло его душевное существо. Ему стало нестерпимо больно, он чуть не закричал от боли, но побоялся испугать Асю. Боль терзала его несколько минут, а потом исчезла, точно отлетела от него. Он снова улыбнулся, но на этот раз улыбка его была осмысленной. Она говорила о любви и благодарности! И более всего к Тому, кто это всё так замечательно придумал!
«Конец романа!» – с улыбкой подумал Иван.
<p>Эпилог</p>Прошло десять лет…
