– Из какого дерева сделана дверь в спальню короля Гетланда?
Ярви улыбнулся.
– Там нет двери, поскольку король Гетланда един с землей и людьми, и ничего не должен от них прятать.
Недоверчивое выражение на сухопаром лице Матери Скаер стало источником весьма редкого удовлетворения для Ярви.
Гром-гил-Горм поднял густую бровь.
– Он правильно ответил?
– Да, – пробормотала министр.
– Значит… эта увечная кукла и вправду Ярви, сын Утрика и Лаитлин, законный король Гетланда?
– Похоже на то.
– Это правда? – прохрипел Ральф.
– Правда, – выдохнула Сумаэль.
Горм расхохотался.
– Тогда это лучшая охота за много лет! Мать Скаер, отправь птицу и выясни, что заплатит король Одем за возвращение капризного племянника. – Король Ванстерланда начал отворачиваться.
Ярви остановил его фырканьем.
– Великий и ужасный Гром-гил-Горм! В Гетланде вас называют безумцем, помешанным на крови. В Тровенланде вас зовут диким королем диких земель. В Скекенхаусе, в построенных эльфами залах Верховного Короля… ну, там вас вряд ли вспоминают.
Ярви услышал, как Ральф встревожено заворчал, капитан зарычал со сдержанной яростью, но Горм лишь задумчиво коснулся бороды.
– Если ты хотел мне польстить, то ты промахнулся. Что ты имел в виду?
– Неужели вы докажете им их правоту и извлечете столь малую выгоду от золотого шанса, что вам послали боги?
Король Ванстерланда удивленно посмотрел на своего министра.
– Мои уши открыты для лучших предложений.
Мать всегда говорила Ярви: продавай им то, что они хотят, а не то, что у тебя есть.
– Каждую весну вы собираете воинов и совершаете набег через границу в Гетланд.
– Это все знают.
– А этой весной?
Горм сжал губы.
– Может, устроим маленькую прогулку. Мать Война требует отомстить за оскорбление, нанесенное твоим дядей в Амвенде.
Ярви решил не указывать, что в начале этого оскорбления, если не до конца, королем был он.
– Все что я прошу, это зайти в этот год чуть дальше. До самых стен Торлби.
Мать Скаер с отвращением зашипела.
– И это все?
Но любопытство Горма было задето.
– И что я получу, оказав такую услугу?
Гордые люди, как мертвый отец Ярви, или его убитый брат, или утонувший дядя Утил, несомненно, скорее бы плюнули на последнем издыхании в лицо Гром-гил-Горму, чем стали бы искать его помощи. Но у Ярви не было гордости. Его отец, постоянно стыдя, заставил его от нее отказаться. Одем хитростью избавил от нее. Ее выбили из него на «Южном Ветре». Выморозили в пустынных землях.
Он стоял на коленях всю свою жизнь, и постоять еще немного было нетрудно.
– Помогите мне вернуть трон, Гром-гил-Горм, и я, король Гетланда, преклоню перед вами колено в крови Одема, как ваш вассал и подданный.
Ничто наклонился к нему и яростно зашипел через сжатые зубы:
– Цена слишком высока!
Ярви не обратил на него внимания.
– Утил, Утрик и Одем. Эти братья были вашими злейшими врагами, и все трое будут за Последней Дверью. Тогда по всему Расшатанному морю вы будете лишь вторым по силе после самого Верховного Короля. А возможно… со временем… и выше.
Как всегда говорила Мать Гандринг, чем могущественнее человек, тем сильнее он жаждет власти.
Голос Горма слегка охрип:
– Это было бы замечательно.
– Действительно замечательно, – согласилась Мать Скаер, прищурив глаза и глядя на Ярви злее, чем когда бы то ни было. – Если только возможно.
– Только дайте мне и моим компаньонам проход до Торлби, и я попытаюсь.
– Ты собрал странных слуг, – сказала Мать Скаер, без энтузиазма оглядывая их.
– Их потребовали странные обстоятельства.
– Что это за сомнительное создание? – спросил Горм. Остальные мудро смотрели в землю, но Ничто смотрел в ответ, не кланяясь, его яркие глаза горели.
– Я гордый гетландец.
– А, один из этих. – Горм улыбнулся. – Здесь мы предпочитаем опозоренных и окровавленных гетландцев.
– Не обращайте на него внимания, мой король. Он Ничто. – И с медовой интонацией, какую использовала его мать, Ярви вернул взгляд Горма на себя. Потому что жестокий человек хорошо чувствует себя в ярости, но не знает, что делать с разумными доводами и здравым смыслом. – Если у меня не получится, у вас все равно останется добыча, захваченная в походе на юг.
Ничто с отвращением и немного с изумлением зарычал. Города Гетланда будут гореть, земли будут опустошены, люди будут перебиты или проданы в рабство. Земля Ярви и народ Ярви. Но он уже был слишком глубоко в трясине, чтобы вернуться. Оставалось лишь идти дальше, чтобы утонуть или вынырнуть на другой стороне в грязи, но живым. Чтобы вернуть Черный Стул, ему была нужна армия, а Мать Война нынче вложила их мечи в его иссохшую руку. Или, по крайней мере, поставила их сапоги на его покрытую шрамами шею.
– Я все поставил на выигрыш, – убедительно и мягко сказал он. – Нечего терять.
– Есть письмо Верховного Короля, – сказала Мать Скаер. – Он приказал, чтобы не было войны, пока не будет закончен его храм…
– Было время, когда орлы Праматери Вексен приносили просьбы. – В распевном голосе Гром-гил-Горма теперь была нотка гнева. – Потом они приносили требования. Теперь она шлет приказы. Где конец этому, Мать Скаер?
Его министр тихо сказала:
