Видимо, фортуна решила хоть немного мне помочь. Я нашёл довольно большое логово этого медведя и, немного изменив его изнутри, разжёг костёр из веток деревьев, которые просто оторвал с деревьев, и спичек. Логово стало довольно большим, благодаря моим усилиям, поэтому в нём рядом с костром я разложил себе что-то вроде постели. Вход же в мой новый дом был закрыт ветками и камнем, который я подобрал недалеко. Здесь довольно быстро стало теплее, я наконец согрелся и почувствовал свои пальцы на ногах. Тушу медведя я разделал, мясо уже начал жарить, благо нашёл в своём чудо - рюкзаке два шампура и даже какие - то приправы. Мех же я положил себе под постель, чтобы не замерзнуть. А по мне школы выживания плачут, в учителя гожусь! Телефон был с собой, но вот толку от него не было никакого. Он ещё работал, зарядка была, но вот связи нет, да и дата и время слетели. Я сидел напротив костра, на котором жарилось мясо, а рядом расположился волк, мой волк. Затишье перед бурей? Начало? Или, может, уже всё? Интуиция мне подсказывает, что первый вариант подходит лучше всего. За всё это время, с тех пор, как я в бегах, меня не покидает одна мысль: откуда птичка знала о том, что будет что - то плохое? Почему я её не послушал? Скучно стало? Хотел стать нужным кому - то? На самом деле, меня давно терзало чувство ненужности, ещё до всего вот этого. Когда родилась Эли, мы уделяли ей практически всё время. Моя прекрасная жена была вечно уставшей, да и я сам уставал не меньше. Ничего у нас с птичкой в этот период не было. Около года!!! Я чувствовал ревность, причем ревновал я жену к своему же ребенку. В прочем, когда малютке исполнился год и она начала ходить, всё стало легче. Это странно, но дело в том, что нам стал активно помогать дедушка. До этого он был сильно занят восстановлением рафельства. Но и даже тогда, когда все стало также, как и было до рождения Эли, я ощущал себя не в своей тарелке. Нет, я люблю своих девочек и тогда любил, но я чувствовал себя ненужным. В семье всё хорошо, не будь меня, было бы также. В рафельстве тоже самое - зачем советник? Да и в академии, и везде. Правда, я не понимал, почему я это чувствовал. Сейчас же я безумно скучаю по обеим, по работе, по академии... Я только сейчас понял, что я нужен им. Если птичка действительно поехала за мной, оставив дочь дома, то это говорит о многом. Плохая мать? Если хоть кто-то ей это скажет, то я сломаю этому кто-то челюсть...ну, или позвоночник, это от настроения. Она меня любит, она во мне нуждается. Я ей нужен. Я нужен нашей дочери. Кто защитит их сейчас? Я устал себя винить, но по другому не могу.
В это же время...
От лица автора...
Дом Иблис*...
- Деда! - вдруг крикнула маленькая брюнетка, залетев в гостиную, где с ноутбуком сидела Джинни и сам рафель.
- Что такое? - взволнованно спросил он.
- Там девочка! На улице девочка плачет!
- Что?
- Где? - синхронно спросил Снер и Джинни.
- Там, под моим окном! - малютка показала наверх пальцем.
- Джинни, посиди с ней. - попросил, хотя вернее, приказал строгим тоном мужчина. Девушка кивнула и, отложив ноутбук, усадила рядом с собой ребенка. Глава рафельства, накинув куртку, вышел на улицу. Мороз разыгрался не на шутку. Выйдя из своего двора, мужчина, игнорируя пощипывание щёк и носа, уверенно шёл к месту, указанному ребенком. Вокруг ни души... Вдруг он увидел маленькую девочку, скорее всего, немного старше своей внучки. Она смотрела в окно, и слезы медленно скатывались по её щекам.
- С тобой всё в порядке? - удивленно воскликнул рафель. Тишина. Он подбежал к ребенку и вгляделся в её глаза. Голубые и заплаканные, очередной брошенный человечек? Как Эмили? - подумал мужчина. - Что случилось?
- Мои няни исчезли, ушли от меня! - взволнованно ответила шатенка.
- Няни? А твои родители?
- Они давно умерли. - как - то хладнокровно ответил ребенок.
- Пойдем со мной, а то простынешь.
- Ты меня не убьешь? - также холодно спросила она.
- Нет конечно! - рафель взял дитя за руку и повёл в дом. - Как тебя зовут?
- Сапфелия.
В это же время...
От лица автора...
Где - то в глуши...
- Ну наконец мы вас догнали! - воскликнула Лайтин.
- Ух ты! Мы уже успели по вам соскучиться. - игриво ответила Фейрон и прижалась к Колдену.
- И по мне соскучилась? - с нотками пошлости спросил белоголовый.
