Это реальная, захватывающая история о необычном щенке, который стал уникальным дворовым псом. И, конечно, принимал самое активное учас- тие в самых разных событиях, происходивших вокруг него. Захватывающий детективный сюжет раскрывает, как важна и необходима настоящая дружба, своевременная поддержка, взаимовыручка. Замечательная природа Среднего предгорья стала ареной действий жестокой банды, которой, казалось, никто не мог противостоять. Но ложь, предательство, коварство и хитрость не помешали настоящим мужикам проявить свои самые лучшие человеческие, а собакам — самые лучшие собачьи качества. Там, под созвездием Большого Пса, и не такое случалось!
1
Ранним летним утром вокруг такая тишина стояла, что звон в ушах. А утро в этих предгорьях, оно завсегда дышит кристальной чистотой и прохладой, которая на самый придирчивый взгляд не имеет изъянов. Впечатление совершенно особенное, оно такое, что в этой тишине даже обычный вздох издаёт нестерпимый шум, солнце ещё не взошло, но приближение его лучей к верхушкам ближайших невысоких холмов ощущается понастоящему. Тут в качестве гадалки может выступить абсолютно любой человек и с величайшей точностью предсказать появление первых лучей тёплого Светила.
Пока кругом убаюкивающая тишь! Но вотвот начнут просыпаться дворовые петухи, это такие изощрённые изверги, которые в три счёта расправляются с тишиной и превращают каждое волшебнотихое утро в полную петушиную вакханалию. Один из петухов всегда первый. Хозяин таким гордится, он режет тишину так же, как луч прожектора огромного крейсера поверх океанских волн пронзает тёмную ночную даль. За первым петухом, с небольшим перерывом, вступает второй или снова повторяется первый, когда как, но после третьего отдельного начинают сыпаться бессчётные сороковые и три тысячи сто сорок седьмые петушиные вопли, которые превращают пространство в сплошной неистовый петушиный хор.
Этот гам невозможно заглушить или перекричать, он почти через час стихает сам по себе так же внезапно, как и начинается. И так каждое утро. Со всех сторон, поочерёдно и дуэтом, звучит эта канонада трелей. Если попытаться поворачивать голову в сторону каждого петушиного крика, наверняка очень скоро голова отломится от шеи.
Летний восход солнца почти вертикален, стремителен по времени и в связи с этим лишает нас великолепных пейзажей утренней зари. В эту пору утренней росы не бывает, и утренние туманы случаются только в неглубоких ущельях, там, где не успевают высохнуть и пожелтеть клочья луговых трав. И вот тогда, с восходом солнца, это самое туманное пятнышко, как живое, начинает слегка приподниматься вверх вдоль склона, затем множество таких же, как оно, «сиротинушек» отрываются от макушек окружающих посёлок холмов и лёгкими облаками устремляются в первый и последний очень короткий путь: проплыв под солнечными лучами с десяток километров, все они тают, как знаменитая Снегурочка в любимой нами сказке.
Этим утром, ещё до рассвета, у входа в маленький домикмазанку, расположенный на окраине села, у родникового ручья Алей, только что проснулся Палкан. Он каждую ночь важно ложился спать на привычное место перед входом в жилище своего хозяина, считая себя надёжной охраной, стражем неприкасаемого покоя непререкаемого Степана.
В хозяйском дворе тихо, обычной крестьянской живности здесь нет, и только ровное журчание ручья чуть слышалось в предрассветную пору. Вдруг нашего сторожа разбудил необычный шум, точнее, шорох. По объективным причинам рановато было называть Палкана полноценным псом, поскольку был он пока что щенком четырёх месяцев от роду. Но не простым щенком, а особенным. Многое в нём было необычно, не так, как у простых собак. В этот раз его острый слух вовремя разбудил его, затем точно указал место, откуда этот криминальный шорох доносится, его необычайно острый взгляд в полутьме мгновенно разглядел нарушителя спокойствия, его быстрые мускулы сработали молниеносно, и вот он в прыжке. Проворный и резвый, этот боец, как легендарный самурай, мог оказаться в боевой стойке из любого положения: даже если только что лежал на боку, ему ничего не стоило тут же сгруппироваться для отчаянного рывка. Резкое движение челюстей, опять же необычных для простых псов, скорее похожих на прикус волчьей пасти, рвущей добычу на куски. Спастись и уцелеть жертве после применения против неё такого оружия невозможно. Вот и в данный момент — мгновение и… его зубы крепко удерживали воришку, который решил, что в темноте можно безнаказанно претендовать на чужое добро. Большая серая крыса была разоблачена, схвачена с поличным на краю миски с собачьим кормом. Воровке слишком дорого обошёлся необдуманный поступок, её коварный план не сработал. Палкан тем временем, как истинный победитель, уложил свою добычу рядом с крыльцом дома и улёгся на свое привычное место, любуясь добытым трофеем. По окончании успешной охоты, успокоившись, он сладко задремал в полной уверенности, что хозяин утром его обязательно похвалит за усердную службу.
2
От окраины обжитого посёлка в сторону его центра медленно шёл уставший старый человек. Время приближалось к полудню. Казахстанская жара в эту пору не щадила никого. Островерхие тополя, располагавшиеся по обочинам улиц, почти не отбрасывали тень. Странно, почему до сих пор не вспыхнули их макушки, ведь они вполне реально касались солнца, скользя по его поверхности ветвями, как опахалом. Видно, как лёгкий ветерок трёт их об этот раскалённый диск, и марево, похожее на дымок, струится над ними вверх, но вот только пламени почемуто нет.
