– Да, но это было до того, как мой дядюшка стал директором, а я оказалась в одном шаге от исключения.
Калеб фыркнул.
– Алекс, тебя уже трижды чуть не исключили. Когда тебя это останавливало? В любом случае, я уверен, что можно что-то придумать. Кроме того, на этой вечеринке можно отпраздновать твое возвращение.
Это была плохая идея, но мне становилось любопытно.
– Ну… ночью у меня тренировок нет.
– Нет, – согласился Калеб.
Мои губы растянулись в ухмылке.
– Маленький побег еще никого не убивал.
– Ну или их просто исключили.
Калеб улыбался мне так тепло, будто бы я никогда не сбегала из Ковенанта.
После обеда у нас с Калебом случилось небольшое приключение в кладовке в главном здании школы. Мы утащили всю одежду, которая мне подходила, и Калеб пообещал устроить для меня завтра шопинг. Нагруженные пакетами, мы вернулись в общежитие. И каково же было мое удивление, когда я заметила грозную фигуру Эйдена, стоящую у толстых мраморных колонн на веранде. Я охнула.
– Мы попали.
Я замедлила шаг, когда мы проходили мимо него. По выражению его лица ничего было не понять. Он склонил голову к Калебу. Это был единственный раз в жизни, когда Калеб потерял дар речи. Эйден выхватил пакеты у него из рук.
– Мне нужно напоминать, что мужчины не допускаются в женское общежитие, Николо?
Калеб молча покачал головой.
Эйден поднял брови и повернулся ко мне.
– Нам нужно поговорить.
Я беспомощно посмотрела на Калеба, но он отступил с извиняющейся полуулыбкой.
– О чем?
Эйден жестом показал, чтобы я подошла ближе.
– Ты сегодня совсем не отдыхала, не так ли?
Я переложила ношу в другую руку.
– Нет, я встретилась с друзьями.
Слава богам, моя комната находилась на первом этаже. Я ненавидела лестницы. И хотя у Ковенанта денег было больше, чем я могла представить, в кампусе не было ни одного лифта.
– Тебе нужно отдохнуть. Завтра придется нелегко.
– Ты всегда можешь облегчить мне задачу.
Эйден рассмеялся насыщенным глубоким смехом, и в другой ситуации это вызвало бы улыбку на моем лице. Как если бы он не смеялся надо мной.
Я нахмурилась и открыла дверь в комнату.
– Почему ты можешь находиться в моей комнате, а Калеб нет?
Он изогнул бровь.
– Я не студент.
– Но ты парень.
Я отнесла мешок одежды в спальню.
– Ты не инструктор и не гид. Поэтому если тебе можно, то, думаю, и Калебу тоже.
Скрестив руки на груди, Эйден пристально на меня посмотрел.
– Я думал, ты хочешь стать Стражем, а не Охранником.
Я плюхнулась на кровать и улыбнулась.
– Ты проверяешь меня.
– Я решил, что надо быть наготове.
– Уверена, тебе рассказали обо мне много прекрасного.
Он закатил глаза.
– Большая часть того, что сказал директор Андрос, правда. Ты хорошо знакома с инструкторами. Они хвалили твой талант и амбиции, а остальное… Ну, этого стоило ожидать. Ты была ребенком и все еще им остаешься.
– Я не ребенок.
Губы Эйдена дернулись, будто он хотел улыбнуться.
– Ты по-прежнему ребенок.
Мои щеки покраснели. Одно дело, если бы это сказал какой-нибудь старик. Кого это волнует? Но когда такое говорит супергорячий парень, это выводит из себя.
– Я не ребенок.
– Серьезно? Значит, ты взрослая?
– Конечно.
Я улыбнулась той самой улыбкой, из-за которой обычно случались неприятности.
– Интересно. Взрослый должен знать, когда выйти из драки, Алекс. Особенно если его предупредили, что за любую провинность его могут исключить из Ковенанта.
Я стала сама серьезность.
– Не знаю, о чем ты, но я согласна.
Эйден склонил голову.
– Не знаешь?
– Нет.
Теперь улыбнулся он. Это было предупреждение, но я никак не отреагировала, а только посмотрела на его губы.
Эйден присел рядом.
– Получается, то, что мне сказали час назад, ложь. Это не ты таскала девушку за волосы в комнате отдыха.
Я открыла рот, чтобы возразить, но весь мой запал как-то поутих. Проклятье. Всегда есть крыса, которая подставит.
– Ты понимаешь, в каком ты опасном положении? – Наши взгляды встретились. – Глупо позволять простым словам провоцировать себя.
Сбросить Ли со стула было глупым поступком, но она меня вынудила.
– Она говорила о моей матери.
– Разве это важно? Подумай. Это просто слова, а слова не значат вообще ничего. Важно только действие. Ты собираешься драться с каждым, кто что-то скажет о тебе или твоей матери? Если это так, то пора собирать вещички.
– Но…
– Все будут сплетничать о том, почему твоя мать сбежала и почему ты вернулась. Но ты не можешь драться с каждым, кто испортит тебе настроение.
Я отвернулась.
– Я попробую.
– Алекс, тебе нужно сосредоточиться на Ковенанте. Сейчас ты здесь только из вежливости. Ты хочешь отомстить даймонам или как?
– Да! – Мои кулаки сжались.
– Ты хочешь вступить с ними в борьбу и победить? Тогда нужно сфокусироваться на тренировках, а не на сплетнях.
– Но она сказала, что мама умерла из-за меня! – Мой голос дрогнул. Стало неловко. Страж не должен смущаться и быть слабым.
– Алекс, посмотри на меня.
Я поколебалась прежде, чем поднять глаза.
– Ты же знаешь, что уже ничего нельзя поделать с тем, что случилось с твоей матерью. Верно? – понимающе произнес Эйден.
