Их только немного удивляло то, что, пока жених с самодовольным видом подписывал свою часть заявления о вступлении в брак, невеста смотрела на всех какими-то жалостливыми, испуганными глазами, будто и не радовалась подвалившему ей счастью. И когда пришел ее черед подписывать документ, плечи девушки вдруг задрожали и слезы брызнули у нее из глаз. Она поспешно вскочила и бросилась вон из зала. Так что ее жениху потребовалось срочно вскочить и побежать за ней следом. Он настиг девушку у самой двери, не стесняясь присутствия посторонних, схватил за руку, так что та тихо вскрикнула, силой потащил ее обратно к столу и, усадив на стул, пододвинул листы бумаги и ручку Тогда только белокурая девушка торопливо черкнула свое имя там, где ей указали. Крупные прозрачные слезы катились у нее по щекам.
Такое поведение невесты коммерсанта удивило даже видавших виды работников Дворца бракосочетания. Им, не раз оформлявшим браки солиднейших людей города Мурманска, прежде случалось наблюдать на лицах роскошных, ярко накрашенных невест только самодовольство и блаженное предвкушение радостей счастливой семейной жизни. На какое-то время они даже испугались, что произойдет скандал. Им, как людям достаточно солидным и респектабельным, скандалы в их заведении, всякие нелепые слухи о насильственной выдаче замуж были совершенно ни к чему. Так что работники Дворца бракосочетания вздохнули с облегчением, когда белокурая девушка безропотно подписала все предложенные ей документы, а нечаянно капнувшую было на лист бумаги слезу из ее глаз аккуратно накрыли промокашкой. Еще большее облегчение работники Дворца испытали, узнав, что многоуважаемый господин Стариков не собирается оставаться с друзьями во Дворце, чтобы отметить «помолвку», что он вообще ничего не собирается пить. С довольно хмурым и разочарованным, несмотря на благополучно подписанное заявление, видом коммерсант объявил, что они все — он, невеста, свидетели — немедленно покидают Дворец, потому что у них на сегодня запланирована еще куча дел. Работники Дворца с дежурными приветливыми улыбками на лицах проводили дорогих клиентов до самых дверей, однако выходить под холодный дождь теперь не стали, наказав приходить через два месяца, когда истечет определенный законом срок.
Усевшись в лимузин коммерсанта, девушка изо всех сил постаралась сдержать душившие ее слезы. Но Борис, казалось, и не смотрел на нее, не на шутку раздосадованный ее поведением во Дворце.
— Ладно, хватит, поплакали, и будет! — сердито проговорил он. — На вот, держи!
Нехотя обернувшись, девушка увидела, что Борис протягивает ей кредитную карточку.
— Здесь двадцать тысяч баксов, — объяснил он. — Видишь, «American express», в любой стране мира найдешь банкомат, получишь с нее любую часть суммы. Можешь считать, что это тебе мой свадебный подарок. А вот это, — он вытащил откуда-то два больших конверта, — загранпаспорта, визы, билеты до Осло. На тебя и твоего папика…
— Спасибо, Борис, — едва слышно проговорила девушка, принимая из его рук деньги и документы.
— Что, только спасибо? — криво усмехнулся Стариков. — Ты бы хоть поцеловала меня в благодарность. Мне рассказывали, что ты этому своему медведю на шею бросилась, когда прощалась с ним перед отплытием!
Наталья Назарова посмотрела на него испуганно, но, ничего не сказав, робко потупилась. Цинично усмехнувшись, коммерсант отвернулся.
— Боря, я не просила тебя обо всем этом: Осло, загранпаспорта, самолет, — тихо заговорила девушка. — Я просила оплатить операцию в московской клинике…
В московской клинике работают одни недоумки! — оборачиваясь, со злостью возразил коммерсант. — Они такие заболевания толком и лечить-то не умеют. А эта клиника в Осло принадлежит Североатлантической ассоциации ветеранов-подводников, они специализируются на болезнях как раз таких, как у твоего папика, понимаешь ты это? Там у них японское оборудование, великолепные специалисты, каких в Москве нет и быть не может. Оно и и стоит, конечно, дороже, особенно с перелетом и проживанием. Но зато ведь и вылечат хорошо. Видишь: мне для твоего отца ничего не жалко, никаких денег. А ты меня в благодарность даже поцеловать отказываешься!
Дрожь отвращения пробежала по лицу девушки
— Не сейчас, Боря, — взмолилась она. — Потом! Потом я дам тебе все, что ты попросишь! Честное слово!
— Когда потом? — недоверчиво спросил Стариков. — После свадьбы, что ли?
Наташа тяжело вздохнула и выдавила из себя:
— Да…
— Ну ладно, — с хмурым видом кивнул коммерсант, чувствуя, что большего от своей невесты теперь ему все равно не добиться. — Кстати, сколько это ваше лечение там продлится? Когда вы возвращаться собираетесь?
— Нам врачи сказали, что это займет где-то полтора месяца, — поспешила объяснить девушка. — Только полтора месяца! Неужели тебе будет так трудно подождать?
