Настроение её после еды стало еще хуже. Это не скрылось от зорких голубых глаз брюнета. Чтобы немного приободрить Оулдридж, он предложил ей совместно посмотреть какой-нибудь фильм. Особого энтузиазма с её стороны не было, но она и не протестовала.
Вместе они удобно расположились на кровати перед экраном телевизора. Оборотень был заинтересован фильмом, а вот ведьма уткнулась носом в его плечо и сама не заметила, как уснула.
— Ч-что такое? — сквозь сон спросила Ника, а затем открыла слипшиеся веки. Брюнет нависал над ней и пытался снять с неё джинсы.
— Ну не будешь же ты спать в одежде… — пробубнел себе под нос оборотень. Его такая ситуация тоже не устраивала.
— Я сама сейчас переоденусь, — зевая промямлила та.
Николетта слегка протерла глаза и принялась за джинсы. Её обмякшее тело выполняло все команды, как в замедленной съемке. Ему это наблюдать было забавно, но он уже хотел снять с кровати покрывало и улечься спать, а она все возилась с непослушными штанинами джинс.
— Таак… — тяжело вздыхая, протянул Райнхард, а затем добавил, — …понятно.
— Долго возишься, я тебе помогу.
С этими словами он потянул обе штанины и аккуратно стащил с неё джинсы. Николь слегка приподняла ноги, чтобы ему было удобнее их снимать, но он принял это как вызов.
— Какая поза…
Оулдридж лишь повернулась набок и постаралась прикрыть низ при помощи покрывала, однако мужчина уже успел себе многое нафантазировать. Он тут же оказался рядом с ней и привлек её к себе, в нетерпении сжимая бедра.
— Я не думаю, что сегодня это будет возможно… — прошептала Николетта, чувствуя его дыхание на своих губах.
— Что ты имеешь в виду?
— Сегодня я нехорошо себя чувствую и… — начала было оправдываться Оулдридж, но её прервал тяжелый вздох со стороны Хэйдена.
Мужчина убрал от неё руки и плюхнулся рядом. Конечно, он не рассчитывал на то, что секс в их жизни будет каждый день, но все равно немного расстроился. Мужчина отвернулся от неё и лег набок.
Николетту очень насторожило его поведение, но девушка ничего ему не сказала. Она сняла с себя остатки одежды, накинула ночнушку и прилегла рядом, повернувшись лицом к его спине.
Оулдридж уже привыкла засыпать в его теплых объятьях, поэтому чувствовала себя неважно. Разве она виновата в том, что все сложилось именно так?
Стоило ей об этом подумать, как теплые мужские руки обхватили её со спины и прижали к себе. С её уст сорвался вздох облегчения и радости. Девушка положила свои руки сверху, чувствуя исходящее от них тепло.
— Я бы хотела, чтобы у нас была настоящая семья… ты, я и дети… — спустя некоторое время прошептала Ника, почти проваливаясь в царство Морфея.
— Возможно, когда-нибудь, в будущем это у нас будет, — прошептал Хэйден ей в ответ, зарываясь носом в её густые рыжие волосы.
XXXXVI Глава
Еще на входе в подъезд их двухэтажной квартиры Хэйден понимает, что что-то не так. Она обычно всегда выглядывала его из окна, а на лестничной площадке в это время пахло вкусным ужином. Сейчас все было по-другому. С первой ступени лестницы мужчина уловил до тошноты противный запах.
Что-то в нем переменилось. Внутри забурлила кровь, а голубые глаза стали еще ярче. С нечеловеческой скоростью он поднялся на самый последний этаж квартиры за считанные секунды. Его предчувствие не обмануло: дверь их квартиры была незаперта.
Он уже знал, что там произошло, но все еще пытался верить в то, что его подводит собственный нюх. С трудом Райнхард перешагнул порог квартиры и прошел в спальню. Она сидела на кровати за вышивкой, как обычно прелестно улыбаясь, будто бы ничего и не произошло.
Оборотень бы и рад забыть все это также, как и она, но все в его доме пахнет другим оборотнем и кричит о предательстве. Он до боли сжимает свои челюсти и кулаки. Его брат все-таки добрался до его самого дорогого сокровища.
Замечая его присутствие, она вздрагивает и тут же вскакивает с насиженного места, на ходу поправляя свои короткие завивающиеся волосы. Безмерно больно смотреть на неё сейчас. Шелковый пеньюар, подаренный им на её день рожденья не может скрыть следов чужих клыков и когтей. На голых участках её тела там и тут видны отметины засосов. Он специально старался оставить как можно больше меток на её теле.
— Дорогой? — спрашивает она, подходя к нему ближе и не понимая, что происходит. — Хэйди?
Она протягивает к нему руки, но он резко делает шаг назад, не позволяя ей дотронуться до себя.
— Что-то случилось? — она смотрит на него невинно-голубыми, чистыми глазами.
Не в силах бороться с собой, он отворачивается от неё.
— Я пришел сказать, что все кончено, Бекка. Мы расстаемся, — холодно и четко говорит Райнхард.
— Что такое ты говоришь… я… — она резко оседает на кровать, не в силах добавить что-либо еще.
Голубоглазый уходит, оставляя блондинку в полном одиночестве, а через неделю получает сообщение о том, что она совершила самоубийство.
— Мне очень жаль, Хэйд, — говорит его ненавистный средний брат, вдруг возникший на пороге его дома после похорон.
— Ты не в праве этого говорить…
— Ребекка была очень хорошей девушкой, только вот с выбором она ошиблась…