— Ну же! Чего вы ждете?! Звоните в скорую! — в истерике прорычал шатен, пытаясь приобнять свою жену за плечи. Она лишь с презрением отдернула свое плечо.
Буквально в тот же момент на пороге возник самый младший брат — Винфрид, он был занят машиной, но поспешил, услышав крики Луизы. Бертольд тут же с остервенением набросился на него:
— Я так и знал, что это был ты! Из-за твоих дерьмовых идей она..!
— Бертольд, отойди от него! — прикрикнула на него жена, опять наполняя комнату рыданиями.
— Как же я тебя ненавижу! — в сердцах добавила она, закрывая глаза руками. Это заставило Берта отпустить Фрида. Гудки вызова лишь добавляли напряжения.
Николь открыла зажмуренные ранее глаза, услышав крик женщины. Она не знала её, но по поведению шатена предположила, что эта женщина его жена. После увиденного Оулдридж побледнела не меньше его беременной жены. Комок из страха и горечи опять подкатил к её горлу.
Появление Луизы и это происшествие поумерили пыл Хэйдена. Он остановил себя на мысли, что сможет разорвать Бертольда в тот момент, когда он попытается напасть снова. В такой ситуации нужно было просто дать деру. Брата он бы осилил, а вот насчет всей стаи сомневался.
Немного придя в себя, брюнет превратился обратно в человека. Одежда на его теле после превращения выглядела как старые лохмотья, а от обуви остались жалкие клочки, но это не то, что его волновало. Приняв окончательное решение, он подошел к испуганной девушке и отвязал её от стула.
Нику приятно удивил его поступок. Выпутавшись из расслабленных веревок, она тут же встала на ноги, поправляя помятую одежду. Ей почему-то страшно было смотреть в сторону беременной женщины или думать о том, что она потеряла ребенка. Все клетки в её теле трепетали, но Николь не могла найти этому объяснения.
— Они приедут в лучшем случае через час, — произнесла брюнетка неутешительную новость. Кажется, почти у всех присутствующих здесь опустилось сердце.
— Где ближайшая больница?! — взревел шатен, хватаясь за волосы. — Поспешим к машинам! Я возьму Лизу!
— Уже слишком поздно, Берти… — обреченно промямлила Луиза, кивая головой в сторону расползающейся под ее ногами лужи. Там было так много крови!
— Все будет хорошо! — рявкнул на неё Бертольд, слегка встряхивая жену за плечи. Она лишь промолчала, слегка скорчиваясь от боли, которую волчица терпела все это время.
— Возможно, я могу помочь… — тихо пролепетала Николетта.
Все присутствующие, кроме Хэйдена, переглянулись между собой и тут же посмотрели на неё с полным непониманием. Девушка выглядела слишком молодо, чтобы быть врачом. Да и будучи врачом, она не смогла бы сделать ничего без соответствующего оборудования.
— Ты? О чем ты говоришь? — с обреченностью в голосе спросил Бертольд.
Тяжело сглотнув, Николетта сделала шаг навстречу его беременной жене. Она поняла, что никто здесь не верит ей, кроме Хэйдена. Брюнет молча наблюдал за её действиями, не пытаясь вмешаться. Ведьма и сама не до конца была уверенна в том, что может помочь. Долгое время она пыталась использовать свои силы после полнолуния, но ничего не получалось.
На её выпад Берт лишь перегородил дорогу к Луизе своим телом. Увидев недружелюбный жест брата, Хэйден придержал её за руку. Сейчас Николь как никогда раньше чувствовала прилив силы. Казалось, что ею наполнялась каждая клеточка в её теле.
— Хэйден… я могу помочь, — заверила его рыжеволосая. Он тут же убрал от неё руку, осознав свою оплошность.
— Делай, что хочешь, — выплюнул тот.
Она кротко и благодарно улыбнулась ему, а затем обратилась к шатену:
— Я ведьма. В моем роду мы можем исцелять. Из-за беременности я давно не могла применять свои силы, но сейчас… Мне кажется, я могла бы.
— От тебя не пахнет ничем особенным, — выдал Бертольд, не веря её словам. Частично он соврал. Она пахла слишком хорошо для обычного человека. Но все ведьмы, которых тот встречал на своем веку, пахли по-другому.
— Я запрещаю тебе к ней приближаться, — выдал тот свое окончательное решение.
Николетта с сожалением покачала головой:
— Это не тебе решать, а ей. Остается слишком мало времени. У вас нет другого решения.
— Что ты…
— Пусть попробует, — тихо прошептала Луиза. Бертольд нехотя отступил.
Оулдридж присела рядом с женщиной, стараясь быть подальше от лужи крови. Левую руку она положила на её живот. Луиза вздрогнула от неожиданных ощущений.
— Лиза? — испуганно спросил Бертольд. Он уже был готов сорваться и убрать руку ведьмы подальше от его жены.
— Все нормально. Просто меня никогда не лечили ведьмы, — Луиза решила успокоить мужа. — Я чувствую тепло.
— Значит, моя магия работает, — с облегчением выдала Николетта. Хэйден тоже ощущал тепло, когда она его лечила. Это означало лишь то, что она была на верном пути.
Николь приложила к её животу и вторую руку. Сосредоточившись на лечении, она забыла о проходящем времени и присутствующих. Лишь иногда её отвлекали обеспокоенные комментарии других членов стаи или разговор между Бертольдом и Луизой. Он не переставал задавать вопросы о её самочувствии каждые несколько минут.