Потом свет вспыхнул вокруг него: невероятно ослепляющий свет, белее белого, на какое-то мгновение мир превратился в силуэт, и только тогда он сообразил закрыть свои сверхчувствительные глаза и на них опустилась спасительное покрывала темноты. Чьи-то руки схватили его, и он услышал голос Голона, который призывал его придти в себя и поторопиться. С помощью волшебника Фаран поковылял дальше, но последовала новая вспышка и такой рев, который он никогда не слышал за всю свою жизнь. Он ударился о что-то твердое и неподвижное перед собой, огромную выпуклую массу металла, согнулся и вскрикнул. Следующий удар бросил его на землю.
Зрение медленно возвращалось, веки сражались с какой-то жидкостью, приклеившей их к лицу. Опять он увидел вокруг себя смутные силуэты, и один из них, возвышавшийся над всеми остальными, чернел прямо перед ним, и был чернее, чем наступившая темнота. По нему пробегали потрескивающие полосы сине-белой энергии… дракон, на земле, прямо перед ним.
Фаран стал нащупывать меч, находившийся в ножнах, когда пасть чудовища широко раскрылась. Оттуда потянуло теплом, которое через мгновение должно было обрушиться на него огненным гейзером. Но тут содрогнулась земля, под драконом открылась яма, и он, отчаянно махая крыльями, соскользнул вниз, прямо в мешанину из камней и земли, которая бурлила как кипящая вода.
Рядом с Фараном стоял Голон, его руки были вытянуты вперед, ладонями вниз. Волшебник только что использовал древнее заклинание: вызов элементали земли, слуги Исса. Но дракон ушел в землю только наполовину. Он изо всех сил хлопал своими металлическими крыльями, пытаясь выбраться из ямы, и уже почти сумел освободиться, собираясь взлететь. Фаран прыгнул на ноги и взмахнул мечом, который наконец-то сумел достать из ножен. Клинок вонзился точно в один из светящихся красным светом зрачков дракона, чудовище мотнуло головой, рукоятка меча вырвалась из руки Фарана, а сам меч улетел в туман. Но рана была смертельной: движения дракона стали более беспорядочными, он забил крыльями с силой урагана, поднимая в воздух камни и куски земли, но потом сдался и упал на дно ямы. Голон повернул руки ладонями вверх, а потом резко свел их вместе; края кратера обрушились в себя закапывая дракона.
Фаран какое-то мгновение глядел на землю. Так близко, никогда он не был так близко к смерти. Он представил себе, как на его сухую кожу обрушивается огненный поток. На что был бы похож его конец: сначала мгновение непереносимой боли, а потом ничего?
Он почувствовал, как другие фигуры движутся рядом с ним на склоне горы и понял, что к ним присоединились один из вампиров-стражей и двое Жнецов. Маска одного из них обгорела до черноты, и верхняя часть торса была тяжело обожжена, кожа местами содрана, обнажив сырую плоть. Фаран решил, что в таком холоде он долго не проживет. Большинство его людей уже спустились через туман вниз, примерно двадцать из тех пятидесяти, которые были в барке. С минуты на минуту драконы опять будут здесь. Они должны убраться отсюда как можно быстрее. Он поглядел вокруг.
Кое-какие особенности пейзажа можно было рассмотреть, когда летящие по небу облака на мгновение расступались. Они находились на сплошном поле льда, которое иногда разрывалось стволами деревьев, вроде того, в которое врезалась барка. Под ними он увидел узкую трещину с отвесными склонами, бегущую вдоль подножия горы. Если бы барка проскользила еще сотню футов, они бы упали в эту трещину, неминуемая смерть. И вообще их окружали крутые горы. Единственный выход — идти вверх, через трещину не выберешься.
Он кивнул налево, и выжившие люди стали карабкаться вверх по предательскому ледяному склону. Они не успели пройти и несколько метров, как обожженный Жнец, ослабевший от раны, поскользнулся и заскользил вниз по ледяному склону. Он махал руками, пытаясь схватиться за лед и остановиться, но пальцы скользили по гладкой поверхности, лед как воронка затягивал его вниз, к подножию утеса. Фаран услышал слабый вскрик, и человек исчез. Остальные Жнецы били тяжелыми сапогами по льду, прокладывая дорогу для Фарана и Голона.
