Согласно информации из газет, после того как Кадзи Соитиро убил Кэйко, он не сразу явился с повинной, а ездил в Кабукитё, в Синдзюку. Более того, есть даже подозрение, что, для того чтобы скрыть эту загадочную поездку, полицейское управление и прокуратура сговорились и подделали протокол показаний Кадзи.
Фудзибаяси обратил внимание на белые снежинки, ударявшиеся в окно. Снег в Токио в январе — нечастое явление. А может быть, поезд уже пересек границу префектур… Уже не светились неоновые вывески и высотные здания, и в темном окне то тут, то там печально мелькали силуэты домов. И в каждом из них жили люди, и у каждого были свои, хоть и маленькие, дела. Радость и печаль идут рука об руку. Где-то, наверное, живут старики, которые, подобно отцу, из-за тяжкого недуга потеряли человеческое достоинство. Наверняка есть много семей, которые, изнуряя себя и физически, и душевно, продолжают усердно ухаживать за ними. Неуклонное старение общества в дальнейшем все больше и больше будет разрушать семьи и, несомненно, приведет к тому, что с лиц людей исчезнут улыбки, а из их душ — покой…
Фудзибаяси тихо вздохнул.
Неужели о судьях думают, что они не могут понять даже такие очевидные вещи? Ему запомнился специальный выпуск телепрограммы, посвященный теме судебной реформы, шедший несколько дней назад. Судья — не человек, ведь он ничего не знает о народе. Фудзибаяси вспомнил, как почувствовал желание дать возможность всем этим компетентным людям, с пеной у рта доказывающим свою точку зрения, заглянуть в его душу в то время, когда он со сжимающей грудь тоской ехал из дома на север…
И действительно, поводов для беспокойства было много.
Киси слезно умолял Сумико, чтобы та разрешила ему бросить секцию. Вряд ли была необходимость в том, чтобы насильно заставлять его продолжать тренировки. Похоже, он изначально начал заниматься настольным теннисом лишь потому, что это было популярно, а не потому, что ему это нравилось. Нет, все-таки плохо, если у него войдет в привычку бросать все на полпути. И друзей, возможно, потеряет… Пусть еще немного позанимается. Надо подбодрить его и посмотреть, что будет дальше.
Масами говорит, что хочет учиться играть на электрооргане. Да как она может это говорить! Ведь всего лишь полгода назад после длительных рыданий бросила фортепиано…
Головную боль вызывал и их новый сосед, профессор университета. Он настаивал на том, что граница их земельных участков проведена неправильно. Документ о праве на землю находится в банковской ячейке, которую арендовал еще отец. Они перерыли весь дом и в конце концов нашли ключ, но открывать ячейку можно только в будний день, поэтому для того, чтобы отправиться в банк, нужно брать выходной. Придется найти время, но сейчас у него накопилось больше ста судебных дел, находящихся в производстве… Попросить Сумико? Нет, это исключено. Отец даже маме не разрешал открывать ячейку; неизвестно, что там в ней внутри.
15 января, 9.45 утра. Кабинет председателя судебной коллегии по уголовным делам территориального суда.
— Сегодняшнему обвиняемому сорок девять лет, так? — обратился к Фудзибаяси главный судья Цудзиути, просовывая рукава в мантию.
— Да, верно.
— Ты читал статью в газете некоторое время назад? Главное управление полиции провело статистический анализ и выяснило, что за последние пять лет среди преступников, обвиненных в совершении убийств в Японии, больше всего тех, кому было сорок девять лет.
Говоря это, Цудзиути повернулся к зеркалу, висевшему на стене. Каваи, стоявший в этот момент у зеркала и приглаживавший волосы, продемонстрировал чрезмерное удивление.
Цудзиути самодовольно продолжал:
— Пятидесятилетие — рубеж в жизни человека; думаю, так это можно назвать. Я понимаю это, поскольку сам близок к этой дате. В данном возрасте чувство собственного достоинства очень велико, и люди сами решают свою судьбу. Говорят, что и самоубийств очень много. «Экономика пузыря» потерпела крах; из-за этого, вдобавок к ужасающей ситуации с работой и ухудшению отношений между людьми, те, кто попал под внезапное сокращение, не имея возможности посоветоваться ни с семьей, ни с друзьями, продолжают страдать в одиночку и в итоге ищут выход в совершении преступления или в самоубийстве. Наше сегодняшнее дело, конечно, связано с проблемой ухода за страдающими болезнью Альцгеймера, да; но если б подсудимый посоветовался с кем-нибудь, возможно, это убийство можно было бы предотвратить… Очень жаль, что так произошло.
Фудзибаяси подумал, что это удивительно точное мнение. Однако последняя фраза резанула его.
— Но, начальник, по-моему, сложно сказать, что подсудимый хорошо ухаживал за женой. К тому же, хотя причина и неизвестна, убив жену, он бросил тело и уехал в Токио…
Цудзиути нахмурившись, откровенно продемонстрировал, что ему неприятно слышать это.
— Фудзибаяси-кун, нельзя заранее делать выводы.
Не став развивать эту тему, Цудзиути повернулся к двери. Секретарь Акита заглянул и сообщил, что пора начинать.
