В этот день поднималась тема продолжающейся голодовки некоего Таканаси, сидящего по делу о грабеже с причинением вреда здоровью. Причиной стали слова старшего надзирателя Асады: «У тебя страшное лицо», которые вызвали гневную реакцию заключенного. Поскольку у Таканаси заканчивается срок, угрозы типа отмены условно-досрочного освобождения, которая является слабым местом заключенных, в данном случае не проходят. В итоге Таканаси был переведен из карцера в специальную камеру, и раз в день начальник санитарной части, имеющий медицинскую лицензию, осматривал его.
Кроме этого, было много других тем, и совещание затянулось.
Кога уже начал думать, что, похоже, сегодня докладывать о Кадзи не потребуется, как вдруг во время паузы между обсуждением вопросов начальник тюрьмы Мотохаси обратился к нему:
— Сегодня утром звонили из полицейского управления; сказали, что хотят допросить инспектора. Завтра пришлют двух следователей, так что займись этим.
Кога был поражен. Он даже забыл встать, когда отвечал.
— Допрос?..
— Да. Сказали, что вроде пропала видеокамера из учебного отдела, к которому был приписан инспектор, и теперь они хотят выяснить, что там было да как… М-да, хотя до нас им далеко, но полиция тоже, как ни странно, бывает скрупулезна.
— А кто приедет? — с трепетом спросил Кога.
Мотониси опустил глаза в лежащие перед ним записи.
— Сики Кадзумаса из первого отдела расследований, и еще один…
У направлявшегося в офис Коги внутри все кипело.
Ему были понятны две вещи.
Сики пытается встретиться с Кадзи.
Поэтому «допрос» — явная ложь.
Он не понимал истинных намерений Сики. Зачем нужно выдумывать ложную причину? Обратившись к руководству, можно получить разрешение на личное свидание. Ведь узнал же Сики у кого-то из начальства домашний телефон Коги…
Вернувшись в офис, он позвонил в главное управление полиции. Его соединили с первым отделом расследований, но Сики отсутствовал.
В комнату вошел Карино, поэтому Кога понизил голос.
— Куда уехал Сики-сан?
— Я не могу ответить.
— Я сотрудник тюрьмы М. Мне нужно срочно связаться с ним. У вас есть номер его мобильного телефона?
— Я не имею права давать кому бы то ни было информацию о перемещениях и контактах наших сотрудников.
Совершенно никакой субординации…
— Когда примерно он вернется?
— Я не могу ответить. Пожалуйста, поймите меня правильно. Это правило.
Кога швырнул трубку. И тут же раздался телефонный звонок.
Он взял трубку.
— Это Сики.
У него было предчувствие. Но…
— Я сейчас на станции М. Мы можем встретиться с вами.
Он совершенно растерялся.
— Вы уже здесь? Но ведь допрос завтра…
— Но до этого я очень хотел бы поговорить с вами. Вы сможете прийти?
А этот Сики настойчив…
Нельзя просто так взять и отправиться за пределы тюрьмы на обед, как это делают в обычных учреждениях. Кога подождал окончания рабочего дня в 17 часов и на машине отъехал от здания тюрьмы М.
Через полчаса он прибыл на место. Оставив машину на парковке, быстро вошел в здание.
Его уже ждали.
Кога сразу узнал Сики. У турникетов стоял мужчина с проницательным взглядом, производивший впечатление стопроцентного следователя.
Они второпях поприветствовали друг друга. Как только оба представились, Кога сразу взял быка за рога:
— Что это значит? Зачем эта ложь про допрос?
— Я приехал как раз для того, чтобы объяснить это. Давайте пойдем вон туда.
Показав на кафе около станции, Сики двинулся с места. Кога, идя быстрым шагом и стараясь не отставать, заглянул ему в лицо.
— Я слышал, что у вас принято вести по дороге важные разговоры…
— Да. Ведь в таком случае это не бросается в глаза, — продолжая смотреть прямо перед собой, ответил Сики.
— Тогда ответьте, пожалуйста: почему вы просто не договорились о свидании?
— Я не получу разрешение на свидание.
— Но ведь это правило…
Перебив Когу, Сики произнес:
— Даже если б я смог встретиться — поскольку другой человек не смог бы этого сделать, во встрече нет смысла.
Кога вспомнил слова Мотохаси. Должны прислать двух следователей…
— Это возможно. Он же тоже следователь. Руководство дало бы разрешение обоим.
Не ответив, Сики сделал шаг к автоматической двери в кафе. Та открылась. Он движением глаз пригласил Когу войти.
Тот оцепенел. Навалившийся страх заставил его похолодеть. Похожее ощущение. Похоже на то чувство страха, которое он испытывал, когда его допрашивали как соучастника.
— Это ведь неправда, верно?.. — голос его слегка дрожал. — Второй человек — не следователь. Ведь так?
Сики не ответил.
Кога, вытаращив глаза, смотрел на профиль Сики.
— Официальное лицо выдает себя за другого человека, и вы намереваетесь сделать меня соучастником?
Сики серьезно посмотрел на Когу.
— Я все расскажу, когда мы войдем.
Внутри кафе был полумрак. Кога, представив себе ад, стиснул зубы.
— Нет, это невозможно. Я ни в коем случае не пойду на это.
Глаза Сики были полны решимости.
Кога вложил всю свою внутреннюю силу в следующие слова.
— Я — сотрудник уголовно-исполнительной системы. А вы — сотрудник правоохранительных органов. Мы не можем нарушать закон и правила. Не имеем права нарушать.
— Давайте войдем внутрь.
