– Мне пришлось выслушать это дерьмо от адвоката, к которому обратилась за помощью. От человека, который, как я думала, не имеет ни малейшего отношения к моей личной жизни. Знала бы, что вы с ним пара, ни за что не позволила бы...
– Что не позволила бы?
«Почувствовать мое отчаяние». Вслух Чарли этих слов не произнесла. Она рассказывала Оливии о «стене позора», но подала все под другим соусом: вместо беспокойства – небрежность пополам со скабрезностью. «Как, по-твоему, эта тупая корова на меня запала?» Чтобы отвлечь внимание от себя, Чарли выложила сестре запутанную историю Рут – Эйдена – Мэри. А вот перед Домиником Ландом она раскрыла душу, унизилась, и он вполне мог настучать Лив, если уже не настучал, что у ее сестры от страха не все дома.
– Чарли, почему эта Басси так тебя достает? Дело странное, но тетка наверняка безобидная.
– «Безобидная тетка» ведет себя как настоящий сталкер, то есть навязчивый преследователь. Всю стену обклеила моими фотографиями и статьями обо мне, – медленно, без всякого выражения сказала Чарли. – Рано или поздно сталкеры встречаются с теми, кем одержимы. В прошлую пятницу Басси встретилась со мной. Ей что-то от меня нужно, только что именно, понять я не могу. Пока она скармливает мне свои байки и ноет, что ей необходима помощь. Кто знает, действительно ей требуется помощь, или она сдвинулась, или все это часть какого-то гребаного плана. Правды от нее не дождешься. Чего она на самом деле хочет, я не представляю, а потому не могу соответствовать ее ожиданиям. Если же ожидания сталкеров слишком далеки от реальности, то жди проблем. Рано или поздно недовольство перерастет в негодование, негодование – в агрессию, а там и до убийства рукой подать. Та к что не надо про «безобидную тетку»! Ты, как говорится, не в теме.
– Ну конечно! – процедила Лив. – Багетчица наверняка караулит у твоего дома с «калашниковым» наготове! – Перехватив негодующий взгляд сестры, Лив пожала плечами: – Видишь, что бы я ни сказала, все плохо. Роль девочки для битья мне осточертела! Дело не во мне и не в Доминике. Ты злишься на Саймона! Вот в ком проблема!
– Ну вот, опять двадцать пять!
– А еще ты злишься, потому что у меня с сексом все в порядке, а у тебя, несмотря на помолвку, нет.
У Чарли потемнело перед глазами, через несколько секунд тьму прорезал мерцающий красный туннель, который засосал ее, точно жалкую песчинку. Молниеносный выпад – и ноутбук сестры врезался в стену. Грохот и треск прозвучали жалобно – плачем навсегда сломанной вещи. Чарли зажмурилась, лишь сейчас вспомнив, зачем пришла к Оливии.
– Черт, – прошептала она, – мне нужен твой ноутбук. Запусти его, пока я налью себе выпить. Выпить у тебя есть? Желательно покрепче!
– Я текст не сохранила, – пролепетала Лив. – Три часа работы...
– Извини! – перебила ее стенания Чарли. – Чем угодно клянусь, ты святая, Домми – тоже, а я мешок с дерьмом! – Чарли поплелась на кухню за водкой, в дверях оглянулась: – Только ноутбук побыстрее запусти!
Водки не было, пришлось довольствоваться абсентом. Чарли налила целый стакан бледно-зеленого пойла и сделала два больших глотка, надеясь, что подействует быстро. Как бы не так... Чарли осушила стакан, налила вторую порцию и вытащила сотовый. Пять пропущенных звонков со скрытых номеров. Хм, странно! Еще Саймон прислал голосовое сообщение: «Где тебя черти носят! Немедленно перезвони!» После второго прослушивания Чарли затрясло: Саймон знал, что она в Лондоне, встречается с Ландом.
Чарли перезвонила, нарвалась на автоответчик и оставила сообщение: она у сестры, очень беспокоится и ждет новостей. Хлебнув еще абсента, Чарли не без труда набрала номер справочной и попросила номер частной школы Виллерс в Реклесгеме, Суррей. Почему бы не позвонить немедленно и на пару минут не отложить объяснение с Лив?
Трубку взяли сразу. Судя по голосу, женщина на том конце провода была ангелом, спустившимся на землю специально, чтобы отвечать на телефонные звонки.
– Школа Виллерс, добрый день! – только и сказала она, но так, словно целый день просидела в ожидании звонка и умирает от желания помочь ближнему. Чарли даже неловко стало.
– Если моя просьба покажется необычной... – неуверенно начала она.
– Ничего страшного! Я привыкла к необычным просьбам, – ласково промурлыкала секретарша. – С чем только нам не звонят!
– Меня интересует ваша выпускница, ставшая писательницей. Никто на ум не приходит?
– Сразу несколько! – гордо ответила женщина. – Вы нашу доску почета не видели!
– Не назовете имена? – Чарли потянулась к стопке бумаги и ручке, которые Оливия предусмотрительно держала у телефона. Одно из имен, которые продиктовала ее собеседница, Чарли слышала раньше и тут же поставила напротив него крестик: эта самоубийство не совершала. Дней десять назад Чарли видела ее на Би-би-си. Как бы поаккуратнее выяснить, кто из перечисленных выпускниц жив? Первое неосторожное слово – и язык у секретарши узлом завяжется.
– Вы не в курсе, кто из них пишет по сей день?
